Ромул. Основатель Вечного города

Осуществляя этот план, герольд выкинул жребий, поднял с земли и показывал его всем вождям, чтобы один из них узнал свою метку. Вождь по имени Аякс узнал свой жребий, и ему было поручено сражаться на поединке. Но если бы эти люди умели писать, каждый из них написал бы на жребии собственное имя, вместо того чтобы отмечать его бессмысленными символами. А если они не привыкли писать сами, то можно было бы призвать писцов, и они бы сделали это за вождей. Но это при условии, что искусство письма было в те времена широко распространено, и его применение не вызвало бы никакого удивления. По этому эпизоду и другим подобным признакам, которые можно обнаружить при внимательном чтении поэм Гомера, ученые пришли к заключению, что они сочинялись и повторялись устно в течение определенного периода, когда искусство письма было почти неизвестно. Они передавались из поколения в поколение через память чтецов, пока письмо не приобрело широкого распространения, и тогда, наконец, они были записаны.

Возможно, что письменность не использовалась для общественных или личных нужд людей до тех пор, пока в Грецию не был завезен папирус.

Это произошло приблизительно в 600 году до нашей эры, которым датируются первые известные нам письменные своды законов. Папирус, как и искусство письма на нем, первоначально появился в Египте. Его получали из растения, произраставшего исключительно в этой стране. Оно в изобилии встречалось в заболоченных низинах вдоль берегов Нила и достигало трех метров в высоту. Бумагу изготавливали из сердцевины растения, имеющей слоистую структуру. Этот процесс выглядел следующим образом: полоски папируса раскладывались вплотную на помосте, затем сверху укладывали еще один слой поперек первого и смачивали водой, чтобы полоски папируса склеить. Сформированный таким образом лист прессовали, а потом высушивали на солнце. Два слоя папируса укладывали один поперек другого, чтобы придать листу большую плотность, так как волокна, уложенные в одном направлении, легко расходились, и материал рвался. Поверхность высушенных листов полировали и подготавливали их для нанесения надписей, которые делались с помощью пера или тростинки.

Для составления книг обычно наматывали длинный свиток папируса на палку, аналогично тому, как в наше время принято хранить карты. Знаки наносились в колонку один под другим, и несколько колонок составляли нечто вроде страницы. Читатель держал концы свитка в обеих руках и читал ту часть между ними, которая была открыта. Разумеется, по мере прочтения он разматывал один конец и наматывал весь свиток на другой. Свитки пергамента часто тоже были устроены подобным образом.

Современное английское слово «volume», то есть «том», которое употребляется, когда речь идет о книгах, первоначально означало «свиток» и относилось к этой древней практике изготовления книг. Несомненно, современный способ гораздо предпочтительней, но и древние методы не были так неудобны, как это может показаться на первый взгляд. Длинный свиток накручивали на деревянную катушку, придававшую ему устойчивость и защищавшую от случайных повреждений. Края свитка, выступавшие за границу листа, были ограничены выступами, не дававшими краям папируса или пергамента рваться или мяться. Весь свиток хранился в пергаментном футляре, на котором было написано название рукописи. Множество таких древних свитков было найдено при раскопках Геркуланума.

В качестве чернил использовались жидкости различных цветов, главным образом черного, но иногда красного или зеленого. Черные чернила делали из сажи или слоновой кости, которые сейчас часто используются для производства масляных красок. Образцы чернил, которые использовались в древние времена, были найдены при раскопках в Геркулануме: чернила, найденные там, были слишком густыми, чтобы легко стекать с пера. Их консистенция скорее напоминала масло.

Свитки папируса и пергамента использовались только для очень важных записей, которые предполагалось сохранить для потомства. Обычно писали на табличках, покрытых воском и подобными материалами, на которых можно было выводить буквы с помощью остроконечного инструмента, называвшегося «стило». Его верхний конец был закругленным, чтобы ненужные записи можно было уничтожить, разровняв воск, на котором они были написаны.