Россия и Израиль: трудный путь навстречу

Реакция высших руководителей Израиля последовала незамедлительно, но была менее жесткой, чем можно было бы ожидать в сложившихся обстоятельствах. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху, выступая перед комиссий Кнессета по иностранным делам и обороне, заявил о том, что срыв визита Д. Медведева в Израиль «наносит ущерб еврейскому государству», причем этот дипломатический скандал тем более болезнен для Иерусалима, так как «отношения двух стран вышли на качественно новый уровень и обрели стратегическое значение для Израиля» [125] . При этом ни глава правительства, ни министр иностранных дел через свои юридические службы не обратились в суд по трудовым конфликтам с требованием запретить сотрудникам дипломатического ведомства бастовать, хотя подобный шаг мог бы, скорее всего, встретить понимание со стороны суда, принимая во внимание тот урон, который наносят эти забастовочные санкции политическим и экономическим интересам Государства Израиль. Бастующие работники МИДа, кстати, продолжают получать заработную плату; в качестве санкций им лишь прекратили выплату доплат за переработку сверх рабочего дня – и это при том, что вследствие забастовки работников МИДа были отменены визиты в Израиль целого ряда высокопоставленных делегаций: из Южной Кореи, Австралии, Франции и Эфиопии…

Наиболее адекватным образом поступил президент Израиля Шимон Перес, 4 января лично связавшийся по телефону с президентом Д.А. Медведевым с целью принести извинения за случившееся, отметив, что в Израиле «очень ждали этого визита» [126] . По информации пресс-службы Кремля, «президент Израиля, принеся извинения за срыв подготовки визита президента России, выразил сожаления, что перенос сроков российско-израильского саммита произошел из-за внутриполитических проблем с израильской стороны». Как сообщила пресс-служба Д.А. Медведева, «президент России воспринял эту информацию» [127] ; что именно скрывается за глаголом «воспринял», сказать сложно. Отрадно, что в ходе беседы Д.А. Медведев и Ш. Перес условились о проведении двусторонней встречи в рамках Всемирного экономического форума в Давосе в конце января. Однако из-за внезапной кончины супруги Шимона Переса, Сони, ушедшей из жизни 20 января 2011 года в возрасте 87 лет, президент Израиля отменил свое участие в Давосском форуме.

Сложилась крайне невыгодная ситуация: президент Д.А. Медведев прибыл на Ближний Восток, посетил Иорданию и территории, подконтрольные Палестинской администрации, но в находящуюся на расстоянии всего нескольких десятков километров столицу Государства Израиль не приехал, и это произошло исключительно по вине израильской стороны.

4 января 2011 года министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман выступил на пресс-конференции для русскоязычных журналистов, где прокомментировал отмену визита. Традиционно отметив большую роль, которую Россия, по мнению главы израильского внешнеполитического ведомства, играет в международной политике в целом и на Ближнем Востоке в частности, А. Либерман признал, что «отмена январского визита Дмитрия Медведева не может не вызывать очень большого сожаления» [128] . В эти дни Авигдор Либерман оказался в затруднительном положении. С одной стороны, именно он наиболее активно выступал за более тесное сотрудничество с Россией, с другой – он же не смог обеспечить выполнение работниками «его» министерства, объявившими забастовку, своих обязанностей по обеспечению визита президента России в Израиль. События, связанные с отменой визита, не могут не подрывать кредит доверия к А. Либерману со стороны российских руководителей. Таким образом, бастующие работники МИДа крупно «подставили» «своего» министра на принципиально важном для него направлении, и они не могли этого не понимать.

Деструктивная позиция, занятая профсоюзом дипломатов, подверглась критике и в российских еврейских кругах, которым визит президента Д.А. Медведева в Израиль представлялся событием большого значения. Наиболее резко высказался главный раввин России Берл Лазар. По его мнению, «иначе как безответственностью действия израильских дипломатов назвать нельзя». «Сорвать визит президента России – дружественной державы, которая играет важнейшую роль в продвижении политического процесса на Ближнем Востоке, – это значит демонстративно пренебречь интересами собственного государства», – справедливо отметил Б. Лазар [129] . Несколько позже последовал и комментарий со стороны главы отдела Израиля и Палестины Департамента Ближнего Востока и Северной Африки МИДа России Алексея Погодина. В своем интервью дипломат сдержанно подчеркнул, что «каждая демократическая страна имеет право на забастовку», поэтому обиды из-за несостоявшегося визита нет, хотя и, безусловно, «жаль потраченных времени и сил». Российский дипломат выразил уверенность, что визит Дмитрия Медведева в Израиль все же состоится, хотя он, естественно, не смог назвать никаких конкретных сроков [130] .