Россия и мир в XXI веке

Отношения с Астаной имеют для Москвы важнейшее значение в рамках «малой Евразии». Казахстан – ключевой экономический партнер РФ в Евразийском экономическом союзе и в Организации Договора о коллективной безопасности. Москва обязана учитывать стремление казахской элиты выстраивать суверенное, независимое от России государство. Настоящий союз основывается на равноправии. В то же время Россия заинтересована в том, чтобы русское и русскоязычное население Казахстана чувствовало себя комфортно.

В обозримой перспективе в Казахстане произойдет смена власти. Для РФ крайне важно, чтобы курс первого президента страны Нурсултана Назарбаева на межэтническое согласие, широкое использование русского языка и интеграцию с Россией был продолжен. Наиболее серьезными опасностями в этой связи являются казахский ультранационализм и исламистский экстремизм. Обе тенденции пока что выражены слабо, но ситуация требует пристального внимания. Со своей стороны, Москва должна убедительно снимать страхи казахской элиты перед «русским ирредентизмом», якобы поддерживаемым Кремлем.

В Средней Азии у РФ есть два формальных союзника – Киргизия и Таджикистан. Обе страны занимают важное геополитическое положение. Одна расположена на границе с Афганистаном, другая – на южных подступах к Казахстану. Для России особую опасность представляет собой транзит через Среднюю Азию афганских наркотиков. Внутренняя ситуация в Киргизии и Таджикистане характеризуется хронической нестабильностью с периодическими обострениями. Серьезную проблему представляет здесь исламский экстремизм. У РФ имеются военные базы в обоих государствах, но не меньшее значение имеет сотрудничество с Бишкеком и Душанбе в сфере безопасности, в том числе на границах, и постоянный мониторинг социально-политической обстановки.

Узбекистан, самая населенная страна региона, позиционирует себя как потенциальная региональная держава, наследница державы Тамерлана, Бухарского, Хивинского и Кокандского ханств. Ташкент проводит подчеркнуто независимую внешнюю политику, маневрируя и балансируя между РФ, КНР и США. Узбекистан вышел из ОДКБ и не присоединился к ЕАЭС. В перспективе ситуация в Узбекистане таит серьезные риски для стабильности. Приближающийся уход с политической сцены Ислама Каримова, президента и основателя современного Узбекистана, может привести к политическому кризису, а в худшем случае – к потрясениям регионального масштаба. Речь идет не только о межклановых противоречиях. Жестко авторитарному режиму в Ташкенте противостоит подспудно набирающий силу, в том числе в Ферганской долине, исламский радикализм.

Туркмения с ее большими газовыми ресурсами – наиболее закрытое из всех государств Средней Азии. В 1995 году Ашхабад добился, чтобы его постоянный нейтралитет был признан ООН, затем объявил, что членство Туркмении в СНГ является «ассоциированным», хотя формально такого статуса не существует. Туркмения не участвует в региональных интеграционных проектах. Соглашения с Россией о военном сотрудничестве и двойном гражданстве были денонсированы туркменской стороной. В 2006 году Туркмения успешно прошла процедуру верхушечной смены власти, оставшись самой жестко авторитарной страной в регионе. Россия заинтересована в сохранении относительной политической стабильности в этой стране, но должна учитывать, что авторитарные режимы в мусульманских странах подвергаются растущей угрозе со стороны исламских радикалов и экстремистов.

Афганистан привыкает жить в условиях вывода в 2014 году значительной части войск международной коалиции. Действующая Конституция Афганистана и созданная на ее основе современная политическая система пока держатся. Однако стабильность в стране не обеспечивается. Если существующий в Кабуле режим будет свергнут талибами и страна опять погрузится в хаос, это будет серьезным фактором нестабильности, в том числе и для РФ, учитывая состояние границ между Россией и Казахстаном и между странами Центральной Азии.

Этнополитические силы Афганистана в этом случае будут, скорее всего, замкнуты на борьбу между собой, но наряду с этим страна может вновь превратиться в базу для исламских экстремистов. Для предотвращения такого сценария России необходимо тесное взаимодействие с Кабулом и соседними странами – Китаем, Пакистаном, Ираном, Индией, странами Центральной Азии – как на двусторонней основе, так и в рамках ОДКБ и ШОС.

Почти 200-миллионный Пакистан является «неофициальной», но вполне реальной ядерной державой[105]. В период холодной войны и особенно в период советской интервенции в Афганистане Исламабад был фактическим противником Москвы. Россия к тому же поддерживает отношения стратегического партнерства с Индией, которую Пакистан рассматривает как главного вероятного противника.