Россия и русские. Книга 1

Наконец, стали взиматься и «стрелецкие деньги». Налог выплачивался наличными или натурой в течение всего века. Семь раз особые дополнительные налоги вводились в первые годы правления Михаила и восемь раз в период между 1654 и 1680 гг. Особенно остро испытали их бремя городские жители. Большая часть собранных денег уходила на содержание армии: например, в 1679–1680 гг. около 700 000 рублей (62 процента всего бюджета) было потрачено именно на военные нужды. Помимо всего этого, существовали и обязательные трудовые повинности, такие как гужевая перевозка, ремонт дорог и мостов, опять-таки в основном ложившиеся на городских жителей^{263}. Россия превращалась в «фискально-военное государство» быстрее, чем какая-либо другая держава в Европе. Вся ее социальная структура определялась необходимостью в рекрутах, сбором налогов и установлением различного рода государственных служб^{264}. В дополнение ко всему государство пыталось навязать официальную мораль, осуждавшую и запрещавшую игру, пьянство, представления скоморохов, незаконное производство спиртных напитков и рафинирование соли. Также оно стремилось выслеживать и ловить бродяг, беглых холопов и крепостных, регистрировать их, определять на местожительство. Для выполнения всех этих задач была необходима сложная и дифференцированная бюрократическая структура. Система приказов, или канцелярий, стала развиваться случайно, взяв начало с казначейства царских владений. Некоторые из новых служб отвечали за управление конкретными территориями, например, Казанский, Сибирский приказы и т. д. Другие же выполняли особые функции, многие из которых мы рассматривали раньше. Например, существовали Челобитный приказ, принимавший жалобы, казна и Посольский приказ. Поместный приказ занимался выдачей поместий и следил за выполнением владельцами поместий своих обязанностей: он начал нанимать землемеров для определения территориальных границ и решения споров между землевладельцами. Разрядный приказ составлял и контролировал военные уставы. Разбойный приказ наблюдал за расследованием серьезных преступлений (убийство и грабеж) и вынесением приговоров преступникам. Один из самых важных, Приказ тайных дел, был создан в 1654 г. Он напрямую доводил до сведения царя различную информацию и следил за деятельностью других канцелярий^{265}.

Распространение подобных учреждений предполагало рост количества чиновников и официального персонала в целом. К середине XVII в. в центральных и местных канцеляриях работало около 1600 человек; к 1700 г. их число возросло до 4600. Их метод ведения официальных дел отличался излишней беспристрастностью, формализмом, граничившим с обезличиванием. Такой чиновничий подход нередко обижал простых людей, привыкших видеть монаршую власть как нечто личное, человечное и опиравшееся на традиционные или предопределенные свыше нормы морали^{266}.

На местах у воеводы находились представители самых важных приказов. Воевода должен был наблюдать за их взаимодействием с институтами «земли», особенно с. губой, миром и волостью. На практике же воевода со своими помощниками являлся в этих отношениях главным, так как обладал большими ресурсами, чем мирские и волостные собрания.

Это не означало, что всем полностью и до мелочей управляло государство. Оно не смогло бы, да даже и не пыталось это делать. Наоборот, государство стремилось к сотрудничеству с местными общинами, ибо без их поддержки невозможно было обеспечить порядок и добиться эффективной мобилизации ресурсов державы. Общины решали вопрос о точном распределении различных обязанностей, налогов и тому подобное. Воплощали же в жизнь эти решения избранные люди, действовавшие в процессе их реализации и как представители общины, и как правительственные официальные лица низшего уровня. Среди них находились сборщики акцизов и налога на водочную продукцию, представители администрации — земские старосты и представители правосудия — губные старосты. Последние отвечали также и за поддержание порядка. Каждый имел своих помощников и писцов.

Особая трудность для власти заключалась в подборе кадров, так как служба на местах была нелегкой, а ее исполнители не только не получали денег, но и несли финансовую ответственность за совершенную ошибку. Если должность оставалась вакантной, местный воевода обычно направлял для ее замещения своего официального представителя. Северные регионы в этом отношении были более самостоятельны, так как находились в отдалении и обладали ограниченным числом землевладельцев из служилого сословия (или нс обладали таковыми вообще). Здесь местные общины имели большую независимость от воеводы, а соответственно и больше возможностей для самоуправления.