Россия и русские. Книга 1

Правление Ивана раскрыло в драматической и даже страшной форме всю парадоксальность попыток создать мировую империю на незащищенной и неблагодатной земле северо-востока Европейской равнины. В военном плане Московия становилась ведущей державой. В экономическом — была весьма многообещающей благодаря своим богатым людским и территориальным ресурсам. Однако уровень ее технического развития оказался слишком примитивен для мобилизации всех этих ресурсов, а расслаивающаяся, ограниченная и патримониальная природа унаследованной Русью социальной структуры препятствовала объединению ее сил. Перед лицом этих трудностей Иван достиг неплохого результата, но этот результат обошелся очень дорого как ему самому, так и его несчастному народу.

К концу правления Ивана IV большая часть центральной Московии была опустошена, так как крестьяне бежали от разорительных налогов и трудовых обязательств в поиске лучших условий на монастырских землях и открытых границах. Многие бояре оказались уничтожены, но боярство продолжало существовать как класс, а его межродовые конфликты ослабляли государство и в XVII в. Молодая служилая знать, получив поместья, добилась более высокого и прочного статуса, но она оставалась еще достаточно бедной социальной группой, а ее положение отличалось нестабильностью. Духовенство было деморализовано охотой за еретиками, в то время как горожане все жестче облагались налогами и плюс к тому связывались «круговой порукой».

И наконец, Иван не закончил создание институтов, которые соединили бы сильные местные общины с центральной администрацией и таким образом обеспечили бы государство прочной публичной поддержкой. Вместо этого царь утвердил традицию, согласно которой мобилизация и объединение русской земли требовали от ее правителей не только решительности, жестокости и властности, но и нарушения закона Божия, что грозило разобщением, деморализацией и подрывом тех идеалов, которые проповедовала сама монархия. При отсутствии установленных законом промежуточных институтов, связывавших население и центральную администрацию, государственная власть на местах оборачивалась самодурством правившей там знати. То, чем занимался Иван, являлось не строительством государства, а огосударствлением личного главенства. Именно таким образом определилась особенность русского стиля правления: огромная, разнообразная и незащищенная империя, основанная наличной власти.

К тому же Иван, который должен был лучше всех осознавать опасности оспариваемого царского наследия, ударил и смертельно ранил своего сына, царевича Ивана, весьма популярного в земщине. Царь сделал это в припадке гнева, вызванного попыткой сына защитить свою беременную жену. Сам Иван IV умер в 1584 г. в агонии раскаяния за совершенные поступки. Перед смертью царь принял монашеский обет. Дмитрий, один из двух его оставшихся сыновей, являлся потомком от седьмого брака и поэтому не считался Церковью законным наследником. Второй же, Федор, был слаб здоровьем и страдал расстройством психики.

Во время правления Ивана IV Московия предприняла первую попытку сыграть свою евразийскую геополитическую роль. Однако она оказалась неспособна построить институты, необходимые для исполнения этой роли. Поэтому на рубеже XVI–XVII вв. она пережила кризис, почти разрушивший ее. Однако Московия была достаточно сильна для того, чтобы выжить и позже совершить вторую попытку.

II. Беспокойное время создания империи

3. Бурный XVII в.

Создание Московского патриархата

Федор Иванович, сын Ивана Грозного, царствовал, несмотря на свою болезнь, в течение четырнадцати лет (1584–1598). Фактически же правил страной в это время в роли регента брат жены царя Борис Годунов. Последнее возвышение Москвы, имевшее для нее огромное символическое значение, произошло в 1580-х гг., когда был создан отдельный Московский патриархат. Следует учесть, что это случилось тогда, когда на троне находился слабый и бездетный царь и ощущался конец династии Рюриковичей. Иван IV и думать не хотел о возможности союза с патриархом, так как опасался его соперничества, «со-правления». Подобный аспект присутствовал в византийской имперской традиции, но не приветствовался в Москве. Однако у слабого царя, чья линия вымирала, позиция была менее сильной. Поэтому он не мог противостоять желаниям московской церковной иерархии.

Патриарх Константинопольский уже утвердил царский титул Ивана IV и обращался к нему «Царь и Монарх Православных Христиан всей Вселенной… среди Царей как равноапостольный и навеки прославленный Константин». Восточные патриархи готовы были скорее признать права Москвы на империю, чем на патриархат, так как если бы Московский патриархат существовал, то он затмил бы их собственные, куда более «священные и преподобные», такими достоинствами своего государства, как мощь, богатство и независимость. Поэтому первый запрос Москвы в 1584 г. остался без внимания.