Россия: прорыв на Восток. Политические интересы в Средней Азии

Положение с шоссейными дорогами было весьма неудовлетворительным. Один из нескольких путей сообщения представлял собой маршрут старой почтовой дороги времени царизма от Ташкента через Чимкент, Джамбул и Фрунзе к Алма-Ате. Другая дорога от Душанбе на восток к Хорогу, поворачивая в Южный Таджикистан, обеспечивала единственный и главный транспортный маршрут для всего Памира.

В советский период прогрессом в системе коммуникаций Казахстана и Средней Азии стал воздушный транспорт. Все крупные и некоторые меньшие города связала сеть авиалиний. Столицы республик имели воздушное сообщение с Москвой. На этих протяженных главных маршрутах использовались большей частью реактивные самолеты. Аэропорт Ташкента – это узел связи многих среднеазиатских авиалиний, а также связи с Ближним Востоком и Индией. Воздушные полеты оказались незаменимыми для перевозки людей на большие расстояния в условиях сложного рельефа местности. Поездки по железной дороге, требовавшие прежде нескольких дней, по воздуху стали совершаться за несколько часов. Грузовые перевозки авиатранспортом использовались первое время мало.

Если производство отдельных товаров в СССР сравнить с теми, что производились в азиатской его части, то становится ясным, что производство удобрений занимает первое место. Здесь производилось свыше 7 % удобрений, но лишь 2,8 % всей электроэнергии, 5 % хлопковой ткани и 2,2 % обуви, изготовляемой в Советском Союзе. Несмотря на то что советские власти постоянно говорили о поощрении самодостаточности региона, он зависимым оставался во многих отношениях.

Ситуация была схожа с положением Индии в период британского господства. Создание современной транспортной системы положило начало индустриализации. Однако в случае с Индией, каковы бы ни были ее проблемы, сохранялась надежда на дальнейший рост в условиях независимой политической и экономической системы, свободной торговли со всем миром. Среднеазиатская торговля ограничивалась коммунистическим блоком, и ее экономическое развитие было связано исключительно с российской частью СССР.

Глава 13Изменчивое интеллектуальное и литературное сообщество

В столицах, прославленных средневековыми правителями Средней Азии, коренной житель второй половины XIX века воспитывался в традициях достаточно жизнеспособных, чтобы обеспечить удовлетворение своих интересов и сделать его, если он обладал энергией и любознательностью, ученым или поэтом. В Бухаре, Хиве и, возможно, в более новых городах, таких как Ашхабад и Семипалатинск, хранилась великолепная средневековая литература по истории и географии всего мусульманского Востока. Талантливые уроженцы Средней Азии сочиняли и исполняли оригинальную музыку, писали изящные стихи, владели прекрасной каллиграфией, участвовали в религиозных диспутах с учеными-теологами и были членами интеллектуальных кружков.

С установлением господства русских в регионе идеология, привнесенная ими, не заменила старую образовательную традицию. Почти каждый творчески одаренный человек воспользовался случаем, чтобы извлечь пользу, поступив в медресе, где, развив свои способности, смог приобрести фундаментальное образование. Об этом сообщают многие письменные источники, а также воспоминания подобные Йаддаштха (мемуары) периода с 1880 по 1904 год, которые оставил таджикско-узбекский писатель Садриддин Мурад Ходжа-заде Айни (1878–1954).

Таджикский, туркменский или узбекский ребенок на бухарской территории с ранних лет изучал религиозные книги на арабском и персидском языках. Благодаря этому он был знаком с великой персидской поэзией Шамсуддина Мухаммада Хафиза (ок. 1325–1389), «Маслак-и муттакин» («Путь верующих») Суфи Аллах-Йара (ум. 1723) и поэтическими философскими трактатами Мирзы Абдулкадыра Бидиля (1644 – ок. 1721). Но прежде он заучивал наизусть арабский алфавит и осваивал чистописание. В тех классах, где туркменские и узбекские юноши численно превосходили таджиков, назначалось чтение дополнительных текстов из тюркской поэзии Физули Мухаммада Сулейман-оглы (1498–1556), Мир Алишера Навои (1441–1501), Ходжа Назар-оглы Гаиб Назар-Химиани Хувайда (конец XVIII – начало XIX в.) и Ишан Шаха Боборахима Машраба (1657–1711). Ученики начальных классов следовали этой программе обучения неукоснительно. Пытливые ученики изучали много больше требуемых религиозных текстов и поэзии. Как и Айни, они, начав со стихов, позднее становились признанными писателями Средней Азии. Это происходило к окончанию ими начальной школы (мактаб) в возрасте 14 лет. Образование девочки, тоже будущей поэтессы, описано Абдуллой Кадыри (Джункулбай) (1894–1940) в его узбекском романе «Мехрабдан чаян» («Скорпион из алтаря», 1929).