Россия: прорыв на Восток. Политические интересы в Средней Азии

Принадлежность к дворцовым кругам и одновременно участие в интеллектуальном кружке не исключает того факта, что образованные жители Бухары делились на приверженцев политической и религиозной ортодоксии или сторонников более либеральных взглядов. Несмотря на такое деление, нет оснований полагать, что либерально мыслящие мусульмане были менее набожны, чем ортодоксы.

Те или иные политические воззрения мыслящих людей в то время вряд ли родились в результате внешнего воздействия. Ведь идеи, просачивавшиеся извне через такие газеты, как «Тарджуман» из Бахчисарая, «Хабл уль-Матин» из Индии и «Чехре наме» из Египта, стали поступать лишь около 1890-х годов и не могли оказать на них глубокого влияния за столь короткий срок. Кроме того, побывавшие в России, кроме Ахмада Махдума, встречались в Средней Азии очень редко. Вся интеллектуальная элита Бухарского эмирата была носителем исламской мудрости и опыта, вековых традиций общества. Эти люди работали и писали в условиях русского господства, которое лишь косвенно влияло на бухарское общество в условиях протектората.

Новые идеи в Хиве и Ташкенте

В тот же период в Хиве хан Сайед Мухаммад Рахим Бахадур II (пр. 1865–1910) вводил инновации, которые обеспечили ему известность наиболее влиятельного среднеазиатского «просветителя» благодаря его роли покровителя и хранителя лучших образцов хивинского ремесла того времени. Деятельность Сайеда Мухаммада Рахим-хана во время его продолжительного правления была направлена на развитие искусства и литературы.

Первым, по значению, его вкладом было введение в 1874 году литографии и издательского дела. Это не только сделало недорогие книги на родном языке впервые доступными многим людям, но и увеличило возможности сохранить для будущих поколений блестящие произведения. До этого начинания книги в Средней Азии не издавались, а ввозились из Казани, Тегерана, Лахора и других городов.

Во-вторых, страстно увлеченный всеми видами искусства, хан, всего год назад открывший первое в Средней Азии издательство, поручил Палвану Ниязу Мухаммаду Мирзе Баши Камилу Хорезми (1825–1899), талантливому чагатайскому поэту и композитору, блестящему каллиграфу и резчику по дереву при дворе, выработать способ записи классической музыки региона. Палван Нияз Хорезми создал метод, как полагают, первый такого рода в Средней Азии.

В-третьих, Рахим-хан приобрел известность как покровитель образования и литературы. Хану оказывал услуги при дворе выдающийся историк, поэт и переводчик Мухаммад Риза Эрнияз Бек-оглы Агахи (1809–1874), который проявил способности делового человека в важной должности государственного смотрителя воды. Мухаммаду Ризе Агахи наследовал хивинский придворный историк Мухаммад Юсуфбек Бабабек-оглы Байани (1859–1923). Это был сметливый и талантливый выдвиженец образовательной системы мактаб-медресе, отличившийся также в музыке и литературе. Помимо покровительства искусствам хан уделял большое внимание развитию образования в медресе, которое он построил в 1871 году. Он поощрял участие в кружке придворных писателей и создавал собственные поэтические произведения под псевдонимом Фируз. Его поэмы были включены в большую антологию хивинской поэзии, которая была напечатана способом литографии в 1909 году. Хан интересовался зарубежными классиками, например Александром Пушкиным. Он открыл для ученых, в том числе русских, свою библиотеку, одну из крупнейших в Средней Азии. Его интересовал и европейский театр, так же как современные методы обучения, распространявшиеся в начале XX века новаторами в Средней Азии. И наконец, по его инициативе была продолжена работа по написанию государственных летописей истории Хивы, начатых в начале XIX века.

Переменчивое счастье писателей, служивших при ханских дворах, почти всегда зависело от расположения высокопоставленных знатных особ или непосредственно от воли правителя. Когда эти покровители умирали или попадали в немилость, щедрость их преемников часто переходила на художников и поэтов из новых свит. Такая участь постигла бухарского историка и поэта Мирзу Бустани, служившего секретарем эмиров Музаффар эд-Дина (пр. 1860–1885) и Абд аль-Ахада, который утратил свое положение и познал подлинную нужду в старческом возрасте. Ненадежному положению образованных людей в это время Мирза Бустани посвятил одно литературное исследование – содержательную антологию, в которую включил десять наиболее талантливых бухарских поэтов второй половины XIX столетия. В набросках биографий каждого из них он подробно описывал бедствия и гонения, которые те претерпевали в своих отношениях с эмиром и придворными. Поэтому нередко поэты были вынуждены покидать одно местожительство и искать другое, где могли бы заниматься своей профессией.