Россия — страна нормальных людей

Лично мне довелось все 10 лет учиться в мужской средней школе. Обязательными предметами в школе были пение и музыка, а также психология, логика и изучение конституции страны, мы в те времена знали свои законы, свои права и могли требовать их соблюдения. Теперь этого нет. Все эти «ненужные» предметы делали из нас мыслящих и культурных людей. Учитель-воспитатель был более значим, чем предметник. Затем в школах на смену выхолащиваемой системе воспитания пришел культ методики преподавания, и негласно был провозглашен принцип «дидактика — первична, а воспитание — вторично». Теперь, правда, снова появился воспитатель, но с весьма ограниченными возможностями. Уничтожение системы воспитания привело школу к моральной деградации, а народ к вымиранию. Честь, совесть, преданность стране и делу воспитывались в школе, и именно эти плоды воспитания осилили европейский фашизм, пытавшийся нас поработить. В 1959 г. ЮНЕСКО объявило Советский Союз единственной страной сплошной грамотности. В школах обучали русскому языку и русской культуре, русскому мировоззрению, учили мыслить при написании сочинений и изложений. Таким образом, делось то, что, по мнению П. Ф. Коптева, должна делать школа, т. е. из твари делать творца. В 1954 г. в конгрессе США делается доклад ЦРУ, где говорится, что русские выиграли «холодную войну» на школьной скамье. Уже на следующий год после доклада ЦРУ в 1955 г. у нас отменяется раздельное обучение, снижается роль воспитания и, в конце концов, проигрывается «холодная война». Что это: случайность или политика? Почему Советскому Союзу нужны были мыслящие люди, а теперешним властям не нужны? Еще раз повторю, что воспитание делает из человека — человека. Неспособные мыслить есть несвободные люди. Из нас делают Америку, которая воюет с Ираком, а большинство населения США не знает, где этот Ирак находится. Этих рабов капитала называть свободными людьми?

Е. Громов в своей книге «Сталин: искусство и политика». М., 2003 г.» пишет о той атмосфере, которая царила в стране в двадцатые, начале тридцатых годов. Всем управлял РАПП, который весьма жестко следил за пролетарской идеологией в искусстве. Когда Сталин разрешил постановку «Белой гвардии» М. А. Булгакова, началась волна протеста против этой антипролетарской пьесы. Сталин так аргументировал свое разрешение, что остальные пьесы пролетарские скучны, а Булгаков настоящий мастер, пишет интересно и к нему надо тянуться, причем в конце этой постановки побеждают большевики, что идеологически важно. Однако в конце концов под давлением общественности постановку пьесы вынуждены были прекратить. Мы видим, что дело не в реакционности вождя, а в общественной ситуации.

Мне пришлось как-то принимать участие в съемках фильма «Виртуальная агрессия». Все начинается с бессмысленности выражаемой миром виртуальности. Человек уходит в этот мир, где естественно появляются наркотики. Раньше люди не прибегали к наркотикам, потому что жизнь более действенна, имелась цель жизни, которая придавала жизни конкретный смысл. Смыслом жизни был патриотизм. Оруэлл писал, что патриотизм всегда исключает агрессию. Патриотизм — это строительство там, где ты живешь. Агрессивны глобальные идеи, например глобализм Америки, породил множество войн, которым пока нет конца. Следует отметить, что И. В. Сталин распустил Коминтерн и тем самым отказался от глобальной агрессии, от мирового господства, к которому до сих пор еще стремятся англосаксы, проводя политику агрессии во многих точках планеты, от Афганистана до Сербии и Ирака, Сирии и на Украине.

Происхождение патриотизма связано с биологическим инстинктом защиты своей территории и культуры. Определенная территория необходима для прокорма семейства, стаи и людей народа, населения страны. Бесконтрольная иммиграция может привести к национальной катастрофе, что отчасти и имеет место быть в Европе. Патриотизм сплачивает народ и побуждает его трудиться во имя Родины. В России земля принадлежала крестьянской общине, поэтому у русских крестьян был развит патриотизм более, чем у народов Европы с их латифундиями.

Глава 6

Революция, история