Рождение героя

Как ни парадоксально, но при таких коротких расстояниях, когда место входа в гиперпространство и место назначения лежали в одной Солнечной системе, требуемое время пути в гиперпространстве линейно не зависело от расстояния. Ведь на малых дистанциях корабль не мог разогнаться до своей максимальной скорости, да и на малых скоростях хода всегда был риск небольшого сноса корабля гравитационными течениями внутри гиперпространства. Тут все зависело не только от правильности прокладки курса относительно навигационных маяков рядом с гиперпространственными воротами, поэтому и прогнозированное время пути просчитать было сложнее. В любом случае после выхода на курс к Марсу адмирал Матонго направился к себе в каюту для того, чтобы отдохнуть после пережитого боя, в котором, правда, его войска не успели принять участия, а также для того, чтобы продумать свою позицию в столь изменившейся за последнее время в его сознании картине мира.

На следующее утро адъютант разбудил адмирала раньше обычного — штурмана «Правосудия» постарались, и линкор достиг точки выхода из гиперпространства чуть раньше намеченного срока. Адмирал кинул взгляд в иллюминатор. Там, на пятнистом оранжево-черном, как шкура гепарда, фоне гиперпространства был хорошо виден силуэт идущего рядом «Голиафа». Адъютант сразу же доложил командующему о том, что крейсера сопровождения несколько отстали по пути, но они должны будут прибыть в расчетную точку встречи через полчаса после них. Адмирал поблагодарил своего верного помощника и велел не прерывать программу полета и выхода из гиперпространства из-за такого небольшого опоздания крейсеров сопровождения. Он приказал синхронизироваться для выхода из гиперпространства только с идущим рядом «Голиафом». Адъютант бодро и красиво козырнул своему командиру, подтверждая этим свое право находиться именно на этой непыльной должности Космофлота Земли, и направился отдавать полученные распоряжения.

Натан Матонго всю свою жизнь не любил такое время суток, как утро. Даже в юности было очень сложно встать из уютной постели и стряхнуть с себя сон. Теперь же, в более чем зрелых годах, по утрам он себя чувствовал просто отвратительно. Как обычно заставить себя принять душ с утра сил не было, аппетитные блинчики с кофе были проглочены без всякого удовольствия, мысли о сегодняшнем дне не вызывали приятных ощущений. К обычной утренней апатии адмирала прибавилось еще и чувство тревоги за сегодняшний день. Вчера события выглядели под вполне определенным углом и, например, сомневаться в словах Джона Лайта или признании президента Корпорации не приходилось, но сейчас… Они уже не просто в Солнечной системе рядом с Марсом и Землей. Они в системе, в той системе, что адмирал оставил два дня назад и которая поглотит его сегодня. А вчерашние события не совсем вписываются в эту систему. Адмирал решил пойти на капитанский мостик в надежде, что рутина служебных дел поможет ему окончательно проснуться и избавиться от тяжелых мыслей.

Как только Матонго вошел на мостик и принял рапорт от старшего офицера о произошедших за его вахту событиях, его сознание стало выхватывать информацию из происходящих вокруг событий. Его внимание привлекла навигационная карта, спроецированная на весь обзорный иллюминатор, занимающий переднюю стену рубки. Натану показалось, что в этом районе космоса скопилось слишком уж много кораблей Корпорации. Дремлющее до этого момента сознание встрепенулось, но было уже поздно — яркая вспышка света и появившиеся в иллюминаторах звезды на черном фоне пустоты свидетельствовали, что корабль только что вышел из гиперпространства.

Точная вычислительная аппаратура и коды приоритета кораблей Космофлота сделали возможным выход неполной эскадры Натана Матонго совсем недалеко от орбиты Марса. «Правосудие» и «Голиаф» медленно начали маневр поворота к красной планете.

Все бы было ничего, если бы к ним быстро не приближались поджидавшие на орбите Марса корабли Корпорации, представляющие разношерстную массу от крейсеров сопровождения до больших транспортников, некоторые из которых могли соперничать по боевым параметрам даже с кораблями Космофлота. Теперь Матонго осознал то, во что он влез. Также он пожалел о том, что не дождался отставших своих кораблей. Пятнадцать минут опоздания для гиперпространства были немалым сроком, выйди крейсера в обычный космос сейчас, они бы оказались в сотнях тысяч километрах отсюда.

В подтверждение его мрачных мыслей офицер по связи доложил, что с основного корабля встречающей эскадру группы хотят выйти с адмиралом на связь. Матонго кивнул связисту и с чувством начинающегося раздражения уставился на экран связи.

На экране высветилось лицо неряшливо одетого молодого чернокожего человека с золотой цепью на шее и большой сигарой во рту. Этот гангстерский персонаж не удосужился вынуть дымящуюся сигару изо рта, лениво и невнятно проговорил:

— Йо, чувак. У нас предписание правительства о передаче нам опасного преступника Джона Лайта и его банды. Высылаем шаттл, доложите ваши коды доступа.