Рожденная веком

К настоящему времени испытаны десятки тысяч химических соединений, среди которых у многих обнаружены противолучевые свойства. Все они, однако, по механизму своего действия делятся на две большие группы.

Одна группа протекторов, воздействуя через нервную систему, вызывает временное сужение сосудов основных критических систем — костного мозга и кишечника, а потом своеобразную фармакологическую гипоксию, которая в основном и обусловливает радиозащит-ный эффект. В этом легко убедиться с помощью полярографического определения напряжения кислорода, снижающегося в тканях под влиянием одного из протекторов — мексамина (рис. 17). Мексамин и другие производные индолилалкиламинов синтезированы Николаем Николаевичем Суворовым, а систематическое изучение механизмов их действия впервые в нашей стране начало проводиться Петром Григорьевичем Жеребченко и членом-корреспондентом АМН СССР Михаилом Давидовичем Машковским.

Рис. 17. Изменение РОг в подкожной клетчатке (1), костном мозге (2) и кишечнике (3) крыс после введения мексамина

В последнее время рядом исследователей (Ю. Г. Кудряшов, А. Г. Свердлов, А. А. Носкин) обнаружен защитный эффект мексамина и на изолированных клетках, что позволяет предположить определенную долю участия клеточной компоненты в общем механизме защитного действия таких протекторов.

Вторую, более многочисленную группу протекторов составляют вещества, защитный эффект которых реализуется только при их непосредственном проникновении в клетки критических систем. Типичными представителями протекторов такого типа являются различные классы серусодержащих соединений. Они синтезированы в лабораториях академика И. Л. Кнунянца, Ф. Ю. Рачинского, В. Г. Яковлева и В. М. Федосеева. Пионерами в изучении противолучевой эффективности этих соединений в нашей стране являются Е. Ф. Романцев, Т. К. Джаракян, П. П. Саксонов, А. С. Мозжухин и А. М. Русанов. Наиболее эффективные протекторы (аминоалкилтиофосфаты, аминоэтилизотиуроний, цистеамин) обладают достаточно сильным защитным эффектом, лишь немногим уступающим защитному действию острой гипоксии. Например, в опытах на мышах величина ФИД достигает 2. Кстати, ФИД для соединений первой группы несколько меньший 1,5). Если же применять смеси протекторов обоих классов, то защитный эффект значительно возрастает, приближаясь к 3.

Таким образом, мы являемся свидетелями удивительного факта — возможности ослабления эффекта облучения, несмотря на поглощение клеткой одного и того же количества энергии.

Сегодня нельзя с точностью назвать молекулярные механизмы фармакологической защиты, ибо до сих пор не полностью известны первичные механизмы действия ионизирующих излучений, на самых ранних этапах которых она осуществляется. Ближе всех к этому подошел Э. Я. Граевский, который считает, что любой защитный агент вызывает направленное изменение клеточного метаболизма, сопровождающееся повышенным образованием определенных веществ — эндогенных протекторов. Последние, сорбируя на себе часть энергии, снижают вероятность поражения критических макромолекул.

Независимо от истинности предполагаемых молекулярных механизмов защиты можно легко наблюдать, что применение протекторов, или гипоксии, ослабляет поражение критических систем, как бы переводя их на уровень поражения, свойственный облучению в меньшей дозе (рис. 18). Это и обеспечивает повышение выживаемости защищенных животных.

Рис. 18. Динамика общего числа клеток костного мозга мыши после облучения в дозе 400 Р (2) и ее изменение при облучении в той же дозе, но после предварительного введения протектора (1)

Итак, заранее зная о предстоящем облучении, его последствия можно существенно ослабить. Ну, а если облучение произошло? Оказывается, в этом случае современная радиобиология располагает недюжинным арсеналом средств, которые теперь уже в полном смысле слова могут быть названы лекарственными, или средствами лечения.

В разработке комплексных схем лечения лучевой болезни большая заслуга принадлежит видным советским ученым — лауреатам Ленинской премии Ангелине Константиновне Гуськовой и Григорию Давидовичу Байсоголову. Основной принцип лечения состоит в стремлении компенсировать нарушенные функции критических систем и предупреждении ожидаемых осложнений.

Непосредственной причиной гибели животных наиболее часто бывает инфекция — из-за лишения организма основных его защитников, и кровоточивость — из-за резкого нарушения процессов свертывания крови. Отсюда мощная антибактериальная терапия, переливание лейкоцитарной и тромбоцитарной массы, широкий спектр витаминов и различных симптоматических препаратов. Разработанные и испытанные в экспериментах на мелких и крупных лабораторных животных комплексные схемы лечения острой лучевой болезни оказались высокоэффективными и в практике человека при лечении отдельных случаев поражения.