Читаем Руги и русы полностью

Но не будем осуждать ученых прошлого лишь за то, что они обладали меньшими познаниями, чем мы. В их рассуждениях было рациональное зерно. На раннем этапе своей истории германцы и славяне активно взаимодействовали друг с другом. Мы видим это на примере славян и ругов, но не только. Племенное название дулебы – несомненно германское. Западнославянское племя силезян ассимилировало вандалов-силингов, в результате чего появилась Силезия. И так далее.

Коллизия с балтийскими славянами очень интересна. Постепенно и ненасильственно германцы растворились в массе славянских переселенцев, ассимиляция продолжалась в VII и VIII столетиях.

А потом начался обратный процесс. В VIII веке Западная Европа пережила новый виток этногенеза. На месте «германцев-2» и вельсков появились новые народы – французы, немцы, итальянцы. Зародился классический романо-германский мир. Он был агрессивен и откровенно враждебен по отношению к славянам. Если с «германцами-2» славяне, возможно, ощущали некое очень дальнее родство, то с романо-германским миром – уже нет. Замечательный ученый периода зенита Российской империи А.Ф. Гильфердинг (1831–1872), тонко чувствовавший нюансы этнопсихологии, ссылается на характерный пример.

736 год. Баварский подвижник Стурми (то есть представитель зарождавшегося романо-германского мира) едет в Тюрингию проповедовать христианство и натыкается на толпу славян, которые купаются в реке. «Перед этим множеством голых людей, – свидетельствует житие подвижника, – осёл, на котором сидел муж божий, задрожал от испуга, и смрад их возбудил отвращение в самом проповеднике». Слово за слово, Стурми оскорбил славян, те в свою очередь решили его побить. Подвижник одумался, извинился, его отпустили. Славяне были беззлобными людьми, но сколь велико взаимное непонимание в бытовых деталях! Забавно, что гигиенический аспект очень долго будет определяющим в отношениях между славяно-византийским миром и романо-германским. Немецкий дипломат Лиутпранд Кремонский, посетив Константинополь в X веке, сочтет императора Никифора II Фоку (963–969) грязным и дурно пахнущим. В свою очередь, славяне и византийцы много, с отвращением и знанием дела будут писать о грязных и неприятных западноевропейцах, которые не ведают элементарной гигиены. То есть отторжение представителей двух миров (или, пользуясь удачным термином Л.Н. Гумилева, суперэтносов) произойдет на уровне запахов. Со временем добавятся религиозные разногласия, разойдутся литературные вкусы, будет различным отношение к власти пап и императоров. Взаимная ненависть станет лишь нарастать.

* * *

Вернемся к сочинению Адама Бременского и посмотрим, какие славянские племена он помещает в Южной Балтии. «Славянские племена весьма многочисленны, – заявляет хронист, – первые среди них – вагры, граничащие на западе с трансальбианами (голштинцы, ветвь саксов. – С. Ч.) …За ними следуют ободриты, которые ныне зовутся ререгами… Далее, также по направлению к нам, – полабы… За ними глиняне и варны. Еще дальше обитают хижане и черезпеняне, которых от доленчан и ратарей отделяет река Пена… Есть и другие славянские племена, которые проживают между Эльбой и Одером, как то: гаволяне, живущие по реке Гавель, доксаны, любушане, вилины, стодоряне и многие другие. Самые сильные среди них – это живущие посредине ратари; город их, знаменитая на весь мир Ретра, является центром идолопоклонства. Большой храм построен там для демонов, главным из которых является Редегост… Этот город имеет девять ворот и со всех сторон окружен глубоким озером» (Деяния архиепископов Гамбургской церкви. Кн. II, 21).

Адам Бременский смешивает два союза славян – ободритов (бодричей) и вильцев (лютичей). Изыскания поздних славистов, прежде всего Шафарика и Нидерле, позволили уточнить и дополнить список племен, входящих в оба вождества.

Ободриты граничили с саксами. Предполагается, что в их союз входили следующие племена: вагры с городами Штаргард и Любек (Старгород и Либице), полабы, жившие возле Гамбурга, древане, расселившиеся к югу от Эльбы (их столица – Люнебург), собственно бодричи-ободриты со стольным городом Шверин (Зверин); к востоку от бодричей жили варны, а к югу – глиняне. Перед нами – типичный племенной союз в архаической фазе. От главного этноса отделяются мелкие роды, которые впоследствии превращаются в племена и управляются собственными вождями, но помнят о своем единстве. Конечно, аналогичные вождества возникнут и в Древней Руси, но никто уже не вспомнит детали. Для летописца это просто поляне, северяне, вятичи, радимичи, кривичи, древляне, дреговичи, новгородские словене, белые хорваты, уличи и тиверцы. Названий мелких племен, входящих в эти вождества, никто не знает.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное