Читаем Руги и русы полностью

Столкнувшись с проблемой усмирения славян, Герон прежде всего решил отомстить за разгромленную границу. В 939 году он под предлогом мирных переговоров собрал 30 славянских старейшин на пир, напоил допьяна и велел своим воинам перебить. Уцелел только один участник пира, который бежал к своим и принес черную весть. Славяне были потрясены вероломной расправой и начали войну. Заметим, что Герон плохо разбирался в этнопсихологии. Он полагал, что, перебив славянских лидеров, уничтожит и возможность сопротивления славянских общин. То есть переоценил личностный фактор. Западные политики до сих пор любят действовать подобными методами: устранив или перекупив лидера враждебной страны, они добиваются усиления своего влияния. Сейчас, когда существуют достаточно сложные системы управления обществом, это оправданно. Достаточно сменить лидера в неугодной стране, чтобы изменить курс. Новый правитель расставит на ключевые посты своих людей, и страна изменится. Спецслужбы, министерства и ведомства будут беспрекословно выполнять приказы руководства, а недовольных можно либо уничтожить, подстроив бытовое убийство, либо маргинализировать, изгнав на обочину политической жизни. Самый удачный пример такой операции – уничтожение континентальной империи СССР, когда удалось не только разрушить страну, но и изменить форму собственности, сыграв на примитивных инстинктах большинства населения. Социальная революция произошла без потрясений, а затем началось самоуничтожение внутри суперэтноса. Столь блестящие операции уникальны, но и, реализованные в меньших масштабах, они приносят успех.

Однако для удачного применения подобных технологий требуется, повторимся, сложно организованное общество. У славян его не было. Мы имеем дело с архаичной общиной, которая вела себя как единый организм. Как ни странно, в этой примитивности оказалось спасение славян. Убийство старейшин не стало смертельным для этноса в целом. Напротив, община выбрала новых вождей и начала беспощадную войну с немцами.

Ободриты, вильцы и сербы перешли в наступление на правом берегу Эльбы. Бранибор был взят, немецкие поселенцы в нем перерезаны. Фронт простирался от низовьев Эльбы до границ Тюрингии. «Железный маркграф» посеял ветер, который породил такую бурю, с которой пограничные немецкие войска оказались не в состоянии справиться. Но король Оттон не стал наказывать Герона, коего считал храбрецом и способным администратором. Маркграф действовал в русле королевской политики, а то, что не повезло уничтожить всех славян одним ударом, – что ж, неудачи бывают у каждого, а удары следовало множить и наносить точнее.

В 940 году немцы собрались с силами и опять перешли в наступление на славян. Им помог предатель по имени Тугомир из племени стодорян. Он попал в плен еще при Генрихе Птицелове и был воспитан в Германии. Немцы внушили Тугомиру, что именно он должен унаследовать власть в племени. В те времена в Европе самым прогрессивным общественным устройством считалась наследственная монархия, и поползновения славян установить у себя демократическое правление встречались немцами враждебно. Тевтоны насаждали всюду в славянских землях маленькие монархии и стремились поставить их под свой контроль. Дело было перспективное, немцы находили сторонников в славянской элите, представители которой метили на место монархов.

Тугомир был отпущен немцами и явился в Бранибор, сообщив, что бежал от врага. Он обнаружил, что во главе вождества стодорян стоит его племянник – тот самый, что спасся от Герона после памятной резни. Тугомир пригласил племянника на пир и предательски убил, доделав то, что не смог «железный маркграф».

Новый князь подчинил стодорян немцам, получил титул герцога Бранденбургского и правил племенем восемь лет до 948 года, после чего умер. Его предательство имело известное значение. Полабские славяне устали от неравной борьбы с Германией, а стодоряне были одним из ключевых племен, измена которого обрушила военную систему вильцев и ободритов. Во всяком случае, те и другие признали зависимость от Германии. Так что метод точечных ударов всё же оправдал себя, хотя и не сразу. Маркграф-убийца Герон торжествовал победу.

Заканчивая рассказ о Тугомире, нужно уяснить, что он открыл длинный список славян-предателей, которые жаждали войти в западную элиту и превратить своих подданных в крепостных. Тогда главные европейские ценности выглядели именно так. Впоследствии лозунги сменятся, но суть останется та же. Европейцы сформируют набор благ и заманчивых символов, с помощью которых будут привлекать членов враждебных элит на свою сторону. А вот у противников европейского мира это не получится.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное