Руги и русы

Вршовцы, после заключения брака своей родственницы с самим князем, резко усилились и стали бороться с другими группировками знати. Эти группировки ориентировались на младших братьев Болеслава III – княжичей Яромира и Ольдржиха. Вршовцы схватили Яромира и оскопили его, а Ольдржиха попытались задушить в бане. Обоим княжичам удалось, однако, спастись, и они бежали в Германию. Соблазнительно видеть в этой борьбе этнический подтекст – например, попытку еврейского переворота по образцу того, что произошло в VIII веке в Хазарии, но доказательств, кроме имени Коган, у нас нет. Неурядицы раскололи чешское общество и сделали его беззащитным перед внешними врагами. «Славянская» партия (если мы правильно понимаем смысл происходящего) выступила против Вршовцев, а чешский князь ей покровительствовал. Тогда последние, видимо, снеслись с Болеславом Храбрым и устроили политический переворот, сместив своего державного родственника Болеслава Рыжего.

Саксон Анналист датирует 1000 годом территориальные потери чехов. «Ибо польский князь вскоре захватил город Краков и всех чехов, которых застал там, уничтожил мечом» (Хроника, 1000). Или Краков несколько раз переходил из рук в руки (но об этом нет сообщений), или мы должны принять 999—1000 годы как время раздела владений чехов.

Болеслав Польский прислал в Богемию своего брата Владивоя (1002–1003), который оказался беспробудным пьяницей… или которого споили те же Вршовцы. Источники той поры говорят, что Владивой «и часу не мог провести без выпивки». Если его спаивали временщики Вршовцы, то с ними это сыграло злую шутку. Владивой правил чуть больше года и умер от алкоголизма. В Богемию вернулся Болеслав Рыжий, устроил переворот и перерезал значительную часть семьи Вршовцев из числа тех, до кого мог дотянуться. Погиб и Коган. Однако перебили не всех, и уцелевшие представители рода пригласили в Прагу Болеслава Польского. Тот явился с войском, занял Богемию и Моравию и провозгласил князем себя, а Болеслава Рыжего ослепил и увез в Польшу, где тот влачил жизнь в безвестности.

Границы Польши эпохи Пястов достигли наивысших пределов. Но, увы, ненадолго. Болеслав Храбрый правил Богемией всего пару лет (1003–1004). За это время произошло много важных событий.

Разобравшись со своими врагами внутри страны, германский государь Генрих II Святой попытался вернуть Лужицу. Неясно, кто виноват в конфликте. Судя по сообщениям немецких источников, виновным оказывается Болеслав, который воспользовался смертью императора Оттона Рыжего, чтобы захватить германское владение. Так ли это, сказать трудно. Болеслав прекрасно знал, что присоединение Лужицы означает потерю королевского титула. Так и случилось, титул получил вместо него Иштван Святой. Но почему же польский князь тем не менее напал? Мы вновь чего-то не знаем.

Зимой 1003 года Генрих II атаковал мильчан – одно из племен лужицких сербов. Нападение увенчалось успехом. «Разорив их после кровавой резни, подчинил себе», – пишет анонимный немецкий автор (Кведлинбургские анналы, 1003). Судя по всему, после этого происходит раздел Лужицы: западные области покорили немцы, восточные остались у поляков.

В следующем году против ляхов подняли восстание чехи. Бунт поддержали немцы, и в Прагу с триумфом вернулись братья Ольдржих (Ульрих) и Яромир. Первый из них получил реальную власть и начал преследования врагов, то есть всех, кто симпатизировал полякам. Богемия окончательно превратилась в немецкого вассала, замкнутого в узких границах между Судетами и Дунаем. Моравия и Словакия остались в подданстве Болеслава; его сужающаяся империя была окружена врагами. Стабильной оставалась лишь восточная граница, потому что с русскими сохранялся мир, хотя Болеслав и считал в глубине души, что Галиция как последний осколок «Великой Хорватии» должна отойти к Польше. Но само понятие «Великой Хорватии» уже утратило актуальность. Болеславу принадлежала только одна из ее частей – Краковская область. Земля черных хорватов прочно вошла в состав Чешского княжества, а белых – в состав Руси.

В 1005 году король Генрих II, «продолжая гневаться на Болеслава, вновь собрал войско и, поспешив в Польшу, погнался за беглецом, надеясь защититься от обид с его стороны, но [в реальности] – о ужас! – чтобы погубить очень многих» (Кведлинбургские анналы, 1005). Всё это означает, что Болеслав притворным отступлением заманил немцев в засаду и нанес поражение. Погибли четыре графа; простолюдинов опять никто не считал. «А король, хоть и скорбя, заключил невыгодный мир и возвратился домой с плачущим войском, неся с собой тела убитых» (Кведлинбургские анналы, 1005). Условия мира неясны. Восточная часть Лужицы сохранилась за Болеславом. Возможно, он присоединил на время и западную часть. Если так, лужицкие сербы вернулись домой – в славянское царство, которое еще не успело стать, если можно так выразиться, «католическим филиалом» Запада.