Читаем Русская Армия в изгнании. Том 13 полностью

Трудно передать, какое изумление вызвало во мне это столь невероятное сообщение. Затем немецкий офицер просил разрешить позвать солдат с инструментами, ожидавших внизу. Офицер имел в руках план квартиры и тут же приказал пришедшим солдатам отодрать плинтус возле камина, с правой стороны, как раз против моего письменного стола. Каково же было мое удивление, когда в стене под плинтусом оказался действительно микрофон. Немецкий офицер сказал мне, что им удалось найти и монтера, который делал все проводки и установки микрофонов. Ввиду некоторого моего сомнения, что микрофон мог хорошо действовать даже будучи покрыт деревянным плинтусом, офицер предложил вновь приложить плинтус, а в соседнюю квартиру, где имелся приемник, пройти полковнику Мацылеву, чтобы установить, насколько слышен разговор из моего кабинета. Оказалось, что все было хорошо слышно. Вслед за сим офицер установил наличие второго микрофона в другой комнате, где работали чины Управления, а также и следы того, что раньше имелся микрофон в кабинете генерала Миллера, как в этой квартире, так и в другой, меньшей, на той же площадке, в которой теперь проживал Третьяков. Тогда же был снят паркет возле мест, где находились, теперь и раньше, микрофоны и приемный аппарат, и таким образом обнаружен изолированный кабель, проложенный под полом.

Стало ясно, что со времени первого предложения Третьяковым генералу Миллеру, в декабре 1934 года, перейти из 2-го этажа (квартиры, нанимавшейся непосредственно у хозяйки дома) к нему на 3-й этаж, С.Н. Третьяков был уже предателем, оборудовавшим микрофоны при всех переменах квартир, при этом он всегда оставлял другую квартиру в том же этаже за собою, где и устанавливал приемник.

Семья Третьякова, как сказано выше, жила на 4-м этаже и в этот день находилась на даче, в окрестностях Парижа. Насколько известно, немецкие власти установили, что семья С.Н. Третьякова была совершенно не причастна к его преступной деятельности, в силу чего и оставлена была на свободе. Третьякова немцы увезли сперва в Мезон-Лафит, под Парижем, а затем в Германию. По сведениям, полученным его семьей, он был расстрелян в городе Ораниенбурге, под Берлином, летом 1944 года, незадолго до высадки союзных войск в Нормандии.

Мы не имеем данных, чтобы определить точное время перехода Третьякова к большевикам, но можем утверждать, что в конце 1934 года, когда он приступил к установке микрофонов в интересах советской власти, он, следовательно, был предателем. Трудно сомневаться в совместной преступной работе Третьякова и Скоблина, в особенности в момент быстрого исчезновения последнего из Управления РОВС вечером 22 сентября 1937 года, в день похищения генерала Миллера. В заключение надо отметить, что С.Н. Третьяков все эти годы держал себя так, что никогда ни в ком не вызывал подозрения, тем более ошеломило всех совершенное им чудовищное преступление.

М. Стефановский244

Корниловцы в Русском Корпусе245

15 марта 1942 года сообщение 3-го Отдела Русского Обще-Воинского Союза (Болгария): «Желающие могут прибыть в г. Софию для дальнейшей отправки в русские части, формирующиеся в Сербии и предназначенные для борьбы с большевиками». Никаких особых обещаний.

Служба на положении солдата. Объединявший корниловцев в Болгарии доблестный полковник Кондратьев рекомендовал ехать. Записалось 90 корниловцев плюс взвод Кутеповской роты (молодежь, воспитанная в корниловском духе в Софии).

Отправилась первая группа под командой штабс-капитана Стефановского. Нас вливают в формирующийся 3-й полк Русского Корпуса, а Кутеповский взвод – в юнкерский батальон. Обмундирование коричневого цвета, русского образца, русские знаки отличия; кто имеет ордена, надевает их. Вскоре приезжает полковник Кондратьев со знаменем 2-го Корниловского ударного полка. Назначается парад батальону, на котором наше знамя будет временно передано 3-му полку Русского Корпуса. Батальон выстроен. Начальство во главе с генералом Штейфоном и немцы. «Под знамя, слушай, на караул!» Оркестр грянул Корниловский марш. Выходит полковник Кондратьев, за ним знаменщик (корниловец-подпрапорщик Мищенко246); ассистентами дроздовец и марковец. Волнуются корниловцы: перед ними проходит эмблема легендарной истории корниловцев. Церемониальный марш под звуки старого Егерского.

Перейти на страницу:

Все книги серии Белое движение в России

Зарождение добровольческой армии
Зарождение добровольческой армии

Книга «Зарождение добровольческой армии» представляет собой первый том из серии, посвященной Белому движению в России, и знакомит читателя с воспоминаниями участников событий на Дону и Кубани в конце 1917 – начале 1918 г.В книге впервые с такой полнотой представлены свидетельства не только руководителей антикоммунистической борьбы, но и ее рядовых участников, позволяющие наглядно представить обстановку и атмосферу того времени, психологию и духовный облик первых добровольцев. За небольшим исключением помещенные в томе материалы в России никогда не издавались, а опубликованные за рубежом представляют собой библиографическую редкость.Том снабжен предисловием и обширными комментариями, содержащими несколько сот публикуемых впервые биографических справок об авторах и героях очерков.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Сергей Владимирович Волков

Биографии и Мемуары
Первые бои добровольческой армии
Первые бои добровольческой армии

Книга «Первые бои добровольческой армии» представляет собой второй том из серии, посвященной Белому движению в России, и знакомит читателя с воспоминаниями участников событий на Дону и Кубани в конце 1917 – начале 1918 г.В книге впервые с такой полнотой представлены свидетельства не только руководителей антикоммунистической борьбы, но и ее рядовых участников, позволяющие наглядно представить обстановку и атмосферу того времени, психологию и духовный облик первых добровольцев. За небольшим исключением помещенные в томе материалы в России никогда не издавались, а опубликованные за рубежом представляют собой библиографическую редкость.Том снабжен предисловием и обширными комментариями, содержащими несколько сот публикуемых впервые биографических справок об авторах и героях очерков.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Сергей Владимирович Волков

Биографии и Мемуары / Словари, справочники / Словари и Энциклопедии
Первый кубанский («Ледяной») поход
Первый кубанский («Ледяной») поход

Книга «Первый кубанский («Ледяной») поход» представляет собой третий том из серии, посвященной Белому движению в России, и знакомит читателя с воспоминаниями участников событий на Дону и Кубани зимой и весной 1918 г.В книге впервые с такой полнотой представлены свидетельства не только руководителей антикоммунистической борьбы, но и ее рядовых участников, позволяющие наглядно представить обстановку и атмосферу того времени, психологию и духовный облик первых добровольцев. За небольшим исключением помещенные в томе материалы в России никогда не издавались, а опубликованные за рубежом представляют собой библиографическую редкость.Том снабжен предисловием и обширными комментариями, содержащими несколько сот публикуемых впервые биографических справок об авторах и героях очерков.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Сергей Владимирович Волков

Биографии и Мемуары
Сопротивление большевизму. 1917-1918 гг.
Сопротивление большевизму. 1917-1918 гг.

Книга «Сопротивление большевизму. 1917—1918 гг.» представляет собой четвертый том из серии, посвященной Белому движению в России, и знакомит читателя с воспоминаниями участников событий и боев в Петрограде, Москве, Оренбурге, Ярославле, Крыму, Северном Кавказе, Урале, Средней Азии.В книге впервые с такой полнотой представлены свидетельства не только руководителей антикоммунистической борьбы, но и ее рядовых участников, позволяющие наглядно представить обстановку и атмосферу того времени, психологию и духовный облик первых добровольцев. За небольшим исключением помещенные в томе материалы в России никогда не издавались, а опубликованные за рубежом представляют собой библиографическую редкость.Том снабжен предисловием и обширными комментариями, содержащими несколько сот публикуемых впервые биографических справок об авторах и героях очерков.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Сергей Владимирович Волков

Биографии и Мемуары / Словари, справочники / Словари и Энциклопедии

Похожие книги

Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары