Русская Армия в изгнании. Том 13

Пасху встречаем в дружной корниловской семье. Слухи о походе в Россию; их подтверждает на смотре немецкий генерал. Грузимся в классные вагоны и едем в албано-сербский городок. Задача: охрана (в бункерах) от партизан железной дороги в Грецию, где находится германская армия. Летом поход в горы. Осенью второй поход. Корниловский полковой праздник отмечаем с приглашением представителей Добровольческих частей и немцев. Последние поздравляют нас со скорым походом в Россию. В конце 1942 года корпус причисляют к вермахту; хорошо вооружили. Одной ротой командует полковник Кондратьев, другой – полковник Гетц²⁴⁷; старшими в бункерах – корниловцы, 3 августа 70-тысячная масса титовцев, обученных, хорошо вооруженных англичанами, наваливается на линию наших бункеров. Осада длится около недели. 3 бункера взорвано. Погибли 5 корниловцев. Кругом бои. В 1944 году положение становится крайне тяжелым, потому что в дело введены советские части. Гложет сознание, что мы идем к гибели за чужое, не русское дело.

В ноябре 1944 года начинается пятимесячный поход, полный ужаса и могил. Наш полк сведен в «старческий батальон» – все добровольцы, видавшие виды. Идем в замке отступающих войск. Дороги едва проходимы. Обоза нет. Мороз, снег, переходы по 50 км, чтобы вырваться из окружения. Кругом кресты с надетыми шлемами и бесконечная стрельба. За 4 суток прошли 250 км. Хорошо, если отдыхали в лесу: будет костер для не потерявших силы. Большой отдых намечен в городе Сиенице. Расположились, думали поспать, но летят эскадрильи, засыпают ковром бомб. Крики, стоны, огонь. К вечеру остатки собираются. Забыты голод и мысль об отдыхе. Новые могилы; короткая лития; крест и надпись «Капитан Морозов» – корниловец (автор стихов для «Смычков»).

Опять поход. Горы, снег, лютые морозы. Одно желание: уснуть в тепле. Остановка – надо, охраняя, пропустить отступающие части. На посту 4 часа в сутки; шалаш из веток, иногда костер. В горах бродит скот; можно найти спрятанное зерно; но без соли все это не идет в горло. В конце декабря поход. По карте обычно километров 20; высота 2500 метров, мороз 25 градусов по Цельсию. Крыши нет, еды нет, табаку тоже нет. Галлюцинации: видишь дом, огонь, идешь туда – только снег, метель, лес, никакого жилья. Стреляются. Покоя не дает вошь; немцы выдали дивное средство и – «прощай, тиран!».

Выступаем на город Сараево. Там будет отдых, баня, обмундирование. Переходы до 70 км в сутки – ни одного жилья: все разрушено. Отдыхаем на снегу у костра. У многих не хватает сил развести огонь; валятся с ног и засыпают намертво. Мечту – Сараево – проходим почти без остановки. Сильный мороз. По обочинам дороги – трупы лошадей и автомобили, кресты со шлемами. Никто и никогда не оплачет эти безвестные могилы. Идем дни и ночи. Февраль в городе Бусовача. Надо его держать, иначе – гибель отходящей армии. Заслон – Русский Корпус – должен всех пропустить. Рядом столица Тито – город Яйце. Каждый день бои. Ключ позиции нашей – гора Хума; она переходит из рук в руки. Приказ: держать два дня. Полковник Кондратьев с ротой дает слово приказ выполнить. Выполнил, но сам ранен смертельно. Его последние слова: «Передайте корниловцам и жене, что я умер, как солдат, на посту». Погиб корниловец, одареннейший офицер, неустрашимый солдат своей Родины.

В одну ночь приказ начальника боевого участка: «Мы окружены. Помощи нет. Сдачи тоже нет». Жуткая морозная ночь. Вокруг партизаны. Мы отстреливаемся, а в душе рождается сознание обреченности. Нет боеприпасов, замолкла наша артиллерия, замерзают пулеметы… О чудо! Огонь 22 немецких «флак» выручает нас. Атака отбита, все кругом горит, летят куски партизанских тел. У Бусовачи мы потеряли 3 корниловцев. Идем дальше. Условия те же. У города Зиеница несем тяжелую боевую службу, но есть еда, крыша, баня, свежее обмундирование. Войска прошли, остается наш батальон и германская подрывная команда. Едем на бронепоезде, только ночью – днем бомбят аэропланы. Проехали 150 км, утром взлетает на воздух контрольная площадка. Со всех сторон пулеметный огонь. Атака отбита. Бросаем бронепоезд. Сумасшедший марш, и соединяемся со 2-м полком корпуса. Снова переходы не меньше 70 км в сутки под непрерывную бомбежку с самолетов. Надо вырваться из нового окружения: справа Тито, слева Красная армия.

Весна в Загребе. Генерал Штейфон сделал последний смотр и через день умер. В командование корпусом вступил полковник Рогожин²⁴⁸, командир «Железного» 5-го полка. Марш снова усиливается, усиливаются и бомбежки. Нам дана дневка, но вечером мчимся на автомобилях выручать немцев. Убит еще один корниловец. Предстоит трудный путь через Альпы в Австрию. Гибнет полк «Варяг» РОА. Гибнет дивизия «Принц Евгений» (из югославских немцев), с которой мы совершали поход. Положение отчаянное. Рядом Красная армия.