Русская история. Беседы о смыслах

Предыдущие поколения, проживавшие в нашем «неустойчивом» климате, нашли свой ответ на вызов природы. Русские крестьяне не только работали от зари до зари. Высокая трудовая мораль, говоря современным языком, была началом безальтернативным. Ее дополняла и подстраховывала другая важнейшая составляющая – коллективизм. Наши не очень далекие предки жили общиной, или, как тогда говорили чаще, миром. Исходным и неизменным правилом общины был коллективизм. Тяжелую физическую работу – попробуй поставь мельницу в одиночку – делали сообща. В случае болезни скота, неурожая на одном краю огромного поля миряне с других краев приходили на помощь.

Забегая вперед, поясню еще одно обстоятельство. Некоторые авторы, продолжающие жевать советскую жвачку, уверяют, что русская община и советский колхоз – это почти близнецы. На самом деле такие два типа объединения просто несовместимы. Социологи выделяют две разные формы коллективов. Воинское подразделение – это коллектив, созданный вышестоящим начальником для выполнения порученной сверху задачи. В социологии это называется «формальная группа». Но есть объединения людей, которые создаются совершенно добровольно, например, клуб для обсуждения актуальной политической тематики. Такой коллектив действует по собственным правилам, в социологии он называется «неформальной группой». Думаю, читатель уже догадался: колхоз – это формальная группа, а община – неформальная.

Посмотрим, что происходило у нас с общиной в начале XX века. После реформы 1861 года русские крепостные крестьяне стали свободными, но земля, которую они обрабатывали, не была разделена между мирянами. Она оставалась, и это всех устраивало, коллективной, общинной собственностью. Внутри большого поля, которое принадлежало общине, каждый получал свою полосу земли. Раз в три – четыре года участки переходили из рук в руки, но само «большое поле» не менялось и оставалось неизменно общим. Крестьянин не мог продать свой или купить чужой участок, общинная собственность исключала собственность частную. Индивидуальный труд и взаимопомощь общинников позволяли обеспечить себя необходимым продовольствием.

Что изменилось на рубеже веков?

С начала XX века сельский уклад в России переживал серьезную модернизацию. За первые 10 лет нового столетия приблизительно в пять раз вырос объем используемых искусственных удобрений, также пятикратно выросла энерговооруженность села. В результате в общине происходило расслоение – одни крестьяне работали еще больше и продуктивней, теперь они производили товарную продукцию – зерно для продажи на рынке и мечтали увеличить свои наделы. Другие крестьяне снижали свою активность, ведь соседи все равно прокормят. Были и такие, кто стремился уйти в город на заработки. В результате еще одна составляющая русской идеи – общинный коллективизм – попала в полосу кризиса…

Власть, как всегда, слышала «сигналы снизу». Работавший много лет в России датский агроном Карл Андрей Кофод подготавливает и предлагает свою концепцию земельных преобразований. Николай II поручает П. А. Столыпину приступить к проведению доработанной вместе с Кофодом и другими русскими специалистами программы аграрной реформы: община разделяется. Отделяются отруба, превращаясь в индивидуальные, самостоятельные фермерские хозяйства. Параллельно начинается добровольное, организованное и поддержанное властью, рассчитанное приблизительно на два десятилетия переселение добровольцев на Дальний Восток и в Сибирь, где существуют большие неосвоенные пространства, пригодные для земледелия…