Русские научные экспедиции в Трапезунд (1916, 1917 гг.)

Отдельного упоминания заслуживают труды по биографиям ученых, участвовавших в экспедиции. Это статьи Удальцовой о Ф. И. Успенском и Ф. И. Шмите (рис. 6А) («Советское византиноведение на рубеже эпох»), книги под редакцией И. П. Медведева и книги его авторства[73], посвященные истории русского византиноведения; исследование по византийскому искусству у славян, опубликованное во Франции в память Ф. И. Успенского[74]. Выходил также обзор фонда академика Ф. И. Успенского[75], который содержит еще некоторое количество неизученного материала, как, например, до 2015 г. неизвестный перевод о посещении Константинополя Лиутпрандом[76]. О. В. Иодко[77] написала интересную статью о творческом пути художника Н. К. Клуге, долгое время работавшего с Русским археологическим институтом в Константинополе. К сожалению, автор практически не касается жизни Клуге после эмиграции из России, но таких документов о его жизни в последние годы практически не было обнаружено, чтобы восполнить этот пробел[78]. Так, использовалась и книга К. И. Гурницкого «Агафангел Крымский»[79]. Про Павла Лозиева, помощника и аспиранта Крымского, известно не так много, так как молодой востоковед тоже был репрессирован на заре своей научной деятельности. И. Л. Кызласова опубликовала статью про жизненный путь Н. Д. Протасова[80]. Отдельного внимания заслуживают книги и статьи, посвященные жизненному пути и творчеству Ф. И. Шмита[81], расстрелянного в 1941 г. Труды, посвященные изучению жизни и личного фонда графини П. С. Уваровой (1840-1924), археолога, почетного члена петербургской АН, профессора Дерптского университета, председателя МАО с 1884 г., тоже оказали некоторую пользу настоящему исследованию[82]. Г. Э. Щеглов посвятил целую книгу описанию биографии Ф. . Морозова (рис. 8А), санитара-добровольца, члена Петербургского археологического института, на общественных началах помогавшего экспедиции[83]. Книга охватывала и значительный период работы экспедиции, но среди научного сообщества известности не получила. О работе Ф. . Морозова в Трапезунде рассказывает часть главы «На дорогах войны»[84], однако автор публикует исторические фотографии в качестве иллюстративного материала без научного анализа, который не входил в его планы.

С точки зрения истории науки в большинстве своем к изучению Трапезундской экспедиции обращались авторы, чьей темой была история Русского археологического института в Константинополе[85]. Это Е. Ю. Басаргина[86], К. К. Папулидис[87] и Уре Пинар[88], а также А. С. Смирнов, изучавший историю русских археологических учреждений в начале XX в.[89]

Несмотря на перечисленные выше труды и монографии последних лет, посвященные истории византиноведения[90], этот период – византиноведение в России в начале советской эпохи – по-прежнему остается не полностью изученным. Лакуна истории науки этого времени постепенно заполняется коллективными исследованиями, которые автор настоящей книги также использовала в работе. Среди таковых – недавно изданный двухтомник со статьями сотрудников СПбФ АРАН «Актуальное прошлое»[91].

Труды по истории изучения Первой мировой войны, Кавказского фронта[92], в частности, использовались для обрисовки адекватного исторического фона и контекста исследования, но Первая мировая и Гражданская войны, будучи контекстом исследования, не являются его объектом. Здесь же следует упомянуть изученные для понимания эпохи труды по истории Понта и геноцида греков в начале Первой мировой войны[93]. Среди них в особенности стоит отметить мемуары митрополита Хрисанфа, опубликованные в трехтомнике, посвященном митрополиту, его биографа Георгия Тасудиса[94]. Там же были опубликованы, напечатанные митрополитом Хрисанфом в 1916-1917 гг. статьи в им же самим издаваемом журнале «Комнины», однако заслуга Тасудиса (помимо собственно написания биографии Хрисанфа) состоит в том, что он собрал в одном месте эти выступления и статьи[95].

В первую очередь для исследования указанной темы важны труды по истории Трапезундской империи и трапезундского искусства. Их обзору посвящено достаточно места в исторической литературе, остановимся на тех, которые непосредственно относятся к конкретной работе.