Русские — не славяне, или Тайна ордена московитов

Под «нехристями», впрочем, здесь имеются в виду все-таки христиане, только не греческого, а сходного с арианским (несторианским) толка. Это как раз тот тип христианства (с элементами ислама), приверженность к которому порицал в «московитах» вышеупомянутый Голденков. «Погаными» казаки были еще в XVI веке, о чем находим упоминания у того же Татищева.

В то же время Е. П. Савельев активно придерживался мнения о распространенности среди казаков именно греческого православия. Но это надо отнести, скорее, на счет его субъективных пристрастий. Нельзя согласится и с мнением Н. М. Карамзина, характеризующего казаков, как людей, «усердных к вере греческой». Ведь почти все имеющиеся данные по этому вопросу говорят по крайней мере о нетвердой позиции казаков в отношении данной веры. Я имею в виду господствующее во времена Н. М. Карамзина никонианское православие.

У того же Е. П. Савельева, несмотря на то, что он всеми силами противится этому, можно найти подтверждение своеобразия казацкой веры. Оно четко зафиксировано в цитируемом им воззвании Кондратия Булавина к казакам в 1707 г.: «Всем старшинам и казакам за дом Пресвятыя Богородицы, за истинную христианскую веру и за все великое войско Донское, также сыну за отца, брату за брата и другу за друга стать и умереть за одно! Зло на нас умышляют, жгут и казнят напрасно, вводят в эллинскую веру и от истинной отвращают (выделено мной. — Г.К.). А вы ведаете, как наши деды и отцы на всем Поле жили и как оное тогда крепко держалось; ныне же наши супостаты старое наше Поле все перевели и ни во что вменили и так, чтобы нам его вовсе не потерять, должно защищать единодушно и в том бы все мне дали твердое слово и клятву»[113].

Нетрудно понять, что в качестве «истинной» веры упомянуто здесь старообрядчество, загнанное после реформ Никона в подполье. Насаждение Москвой «эллинской веры», т. е. никонианства, и явилось одной из причин восстания Булавина.

Стараясь откреститься от этого факта, Е. П. Савельев пишет, что гонениями на старообрядчество просто хотели воспользоваться недовольные московскими порядками атаманы для провокации раскола между Доном и Москвой. Однако все говорит о том, что наступление на старую веру было с болью воспринято казаками, а, значит, она и была их «истинной» верой. В чем суть этой веры? И точно ли это старообрядчество, или что-то лишь подобное ему?

И здесь следует обратиться к истории Византии, где и кроются истоки «казацкой» веры. Я не ошибся. Казацкая вера представляет собой сочетание, казалось бы, несовместимых начал — «византийства» и «поганства».

3.8. НЕСТОРИАНСТВО — РУССКАЯ ВЕРА

— Здравствуй! Что, во Христа веруешь?

— Верую! — отвечал приходивший.

— Ив Троицу святую веруешь?

— Верую!

— Ив церковь ходишь?

— Хожу!

— А ну, перекрестись!

Пришедший крестился.

— Ну, хорошо, — отвечал кошевой, — ступай же в который сам знаешь курень.

Н. В. Гоголь. «Тарас Бульба»

Simplex sigillum veri

(Простота — печать истины).

Латинская пословица

В предыдущих разделах выяснилось, что «сарацинами» именовались в Византии не мусульмане, а тюркские наемники. То есть «сарацински мудрствующие» — это на самом

деле «размышляющие по-тюркски». В подтверждение этого сошлюсь на следующий факт. Лев III, один из столпов иконоборчества, представителей которого как раз и называли «сарацински мудрствующими», был выходцем из малоазийского племени исаврийцев — горцев из Тавра. Поначалу он был губернатором двух провинций Фригии — мест обитания данного племени. Исаврийцев считали кровожадными разбойниками и пиратами, однако, длительное время наряду с готами они составляли византийское войско. Выше было отмечено, что «сарацин» — искаженное «таурусин», и это как нельзя более точно соотносится с горцами — исаврами (из Тавра).

То, что иконоборчество поддерживалось именно военщиной, не случайно, как не случайно и то, что и другие антиклерикальные течения возникали именно в армейской среде. Готы с франками, лангобардами и бургундами, вдохновившись проповедью Ульфилы, «подсели» на арианство — разновидность протестантизма. То же с прирожденными воинами монголами, уйгурами и кыпчаками, которых пленила простота несторианства. Ислам, почти полностью изгнавший из обращения все связанное с Христом, стал религией арабских солдат и воинственных сельджуков. Юго-восточное пограничье самой Византии, населенное исаврийскими наемниками, просто-таки кишело всевозможными антицерковными ересями, самыми известными из которых были монтанизм, павликианство и маркионитство.

В качестве одной из причин всего этого можно назвать неспособность солдат к овладению слишком сложной религиозной догматикой. Да и сама армейская жизнь не благоприятствовала обилию и разнообразию религиозных отправлений. Как результат— примитивизация как обрядовой, так и гносеологической составляющих веры.