Русские в СССР

Армейцы-февралисты весьма опасались того, что большевики рекрутируют в элиту огромные массы «черного люда», который растворит их гламурную верхушку. И надо сказать, что так и произошло. Миллионы выходцев из народа просто смели либерально-оккультный гламур. «Все эти ложи, ордена, «рыцари», театры, салоны и т. д., – пишет в своем блоге Ю. Шевцов (guralyuk). – И в этот город вломились массы не ведающей ни сном ни духом об этих сложностях крестьянской молодежи буквально за лет 10–15. Если бы индустриализацию задержали лет на 10, и обошлось бы каким-то чудом, притом без войны, города бы породили, видимо, очень сильные оккультистского толка структуры, способные переваривать часть крестьянской миграции. В принципе именно это произошло в Германии и др. странах западной Европы».

Вот отсюда и то озлобление, с которым «добровольцы» карали «пестро одетых людей… без шапок, без поясов», еще в самом начале гражданского противостояния, до всякого красного террора. Не будь этого озлобления, не было бы и таких выпадов со стороны красных. Впрочем, красные тоже сделали все для того, чтобы усилить градус озлобления в обществе.

В гражданской войне нет ни правых, ни виноватых. Вместе с расколом нации на воюющие лагеря происходит и разрыв национальной правды. То же самое и с террором – вина за пролитую русскую кровь лежит на всех – и на белых, и на большевиках, и на социалистах-демократах. Большевики вызвали своими социальными экспериментами неоправданно жесткую реакцию, на которую ответили столь же неадекватно жестоко. Это и запрограммировало дальнейшее ожесточение политической борьбы, перетекающей в политическую уголовщину.

Глава 4Ленин против Сталина

Последняя победа Ильича

Для уяснения того, чем был Красный проект для русских, необходимо рассмотреть взаимоотношения Ленина и Сталина. Эти два советских вождя видели реализацию данного проекта по-разному. Если Сталин на первый план выдвигал державность, то Ленин как был, так и остался поборником глобализма в его крайней версии. И эта несостыковка двух вождей особенно ярко проявилась в последние годы жизни Ильича. Тогда между ним и Сталиным вспыхнула скоротечная, но очень показательная дискуссия по поводу модели национально-территориального устройства.

Ленин всегда выходил победителем из внутрипартийных столкновений, которых было немало. Он умел убеждать, причем не только при помощи логики. Во время дискуссии вокруг Брестского мира Ильич остался в меньшинстве, что грозило ему политическим проигрышем. Тогда он пообещал выйти из ЦК и напрямую обратиться к массам. Соратники такой перспективы, понятное дело, испугались и вынуждены были поддержать Ленина. Ну а потом уже сами убедили себя в том, что Владимир Ильич был прав.

Талант (если не сказать, гений) полемиста, помноженный на железную волю, придал Ленину несокрушимый авторитет. Рядовые члены партии даже выработали особую технологию, которая помогала им определиться во внутрипартийных спорах: «Голосуй всегда с Ильичем – не ошибешься!»

Свою последнюю победу, причем над большинством партийных лидеров, Ленин одержал в конце жизни – осенью 1922 года. Тогда он настоял на том, чтобы единое советское государство строилось как союз республик, каждая из которых имела бы право на выход. А ведь почти все ведущие партийно-государственные деятели считали, что национальные республики должны были войти в РСФСР на правах автономий – без права выхода. Именно в этом была суть «плана автономизации», который выработал нарком по делам национальностей И.В. Сталин. Сам он еще в 1919 году, на VIII съезде партии заявил: «Без государственного союза советских республик, без их сплочения в единую военно-хозяйственную силу невозможно устоять против соединенных сил мирового империализма ни на военных, ни на хозяйственных фронтах. Федерация советских республик является той искомой формой государственного союза, живым воплощением которой является РСФСР». Таким образом, модель федеративного устройства предлагалась именно «российская» – с включением в РСФСР других национальных республик.

Таких же представлений придерживались Ф.Э. Дзержинский, Г.К. Орджоникидзе, Г.В. Чичерин и др. Даже вождь Коминтерна и горячий поборник мировой революции Зиновьев был за унитарное государство.

Самое интересное, что Ленин на первых порах вовсе не протестовал против автономизации. Уже в начале 1922 года вполне могла бы возникнуть единая социалистическая Россия, включавшая в свой состав Украину, Белоруссию и Закавказье. И тогда у нас была бы совсем иная история и совсем иное государство.