Русские в СССР

Приводились и такие цифры – в результате неэквивалентного обмена Россия ежегодно теряла 70 миллиардов рублей – при том, что общенациональный доход СССР равнялся 625 миллиардам рублей. Не удивительно – к примеру, цены на российское сырье, поставляемое в республики Прибалтики, были ниже на 40 % по сравнению с мировыми.

В то же самое время контроль над союзными республиками постепенно ослаблялся. При Сталине было взято за правило назначать вторым секретарем ЦК союзных компартий именно русского. Этот секретарь был чем-то вроде наместника, тщательно контролирующего ситуацию.

Вот, например, как с этим обстояли дела в 1979 году в 12 неславянских республиках (данные Ежегодника Большой советской энциклопедии. М., 1980).

Но при Брежневе местные кланы становились почти всесильными. Таким образом и «помощь» республикам становилась совсем уж абсурдной и более напоминала плату за лояльность.

Тем не менее критика позднесоветского альтруизма за счет русских часто перехлестывает через край, как бы обесценивая аргументы. Так, в свое время Кара-Мурза писал: «Вот как И.Р. Шафаревич доказывает на цифрах, что советская власть притесняла русских: «В 1973 г. на 100 научных работников имелось аспирантов: среди русских 9,7 человека, туркмен – 26,2, киргизов – 23,8. Таков же был и уровень жизни…» Попробуйте это растолковать. Кто здесь русские, кто туркмены – аспиранты или научные работники? Зачем такой сложный показатель? Есть же попpоще: в 1985 г. в РСФСР было 68 тысяч аспиpантов, а в Туpкмении 496 – в 130 pаз меньше. Русских кандидатов наук в 1982 г. было 257 265, а туркменов 1511 – в 170,3 раза меньше, чем русских. Среди докторов наук в 1982 г. русских было в 251 раз больше, чем туркменов, в 1987 г. в 223 раза больше. Но главное, как из всего этого вывести идею о дискриминации русских в науке? Всю науку в СССР заполонили туркмены? В 1970 г. в РСФСР была 631 тыс. научных работников, а в Туркмении 3,6 тыс. (из них больше половины русских)» («Советская цивилизация»).

Российская республика и красный глобализм

Никуда не уйти от того факта, что РСФСР была принижена и в политическом отношении. Ее лишили многих институтов, которые имели в своем распоряжении другие республики. Так, Россия не имела своей компартии, Академии наук и т. п. И это, конечно, давало повод для обид и создавало почву для политического конфликта. Во время перестройки на приниженное положение России указывали не только патриоты, но и демократы. И вот же какая «ирония судьбы» – созданная все-таки Компартия РСФСР оказалась в оппозиции к ельцинскому руководству России, которое пафосно вещало о «возрождении России».

Кстати, о Российской компартии. Вопрос о ее создании поднимался еще задолго до начала перестройки. За РКП ратовала «ленинградская группа», руководители которой (А.А. Кузнецов, Н.А. Вознесенский, М.Н. Родионов) были репрессированы в 1949 году. В патриотической среде принято сочувствовать «ленинградцам» и считать их «русской партией», разгромленной «антинациональной» бюрократией. При этом совершенно не просчитываются все последствия образования РКП. Вместе с ней возник бы гигантский партаппарат, равновеликий аппарату КПСС. Далее началась бы борьба между двумя могущественными центрами, которая закончилась бы развалом СССР. Собственно говоря, это мы и наблюдали в 1990–1991 годах, только тогда власть уже была не у партийных, а у государственных структур.

Дело-то было не в том, что РСФСР лишили своей компартии. Неверным был сам подход к национально-государственному строительству. По своей территории и экономическому потенциалу РСФСР превосходила все союзные республики, вместе взятые. Но ее сделали всего лишь одной из республик, искусственно принизив роль и значение этого огромного государственно-политического образования. За это надо сказать большое «спасибо» пламенному интернационалисту Ленину, который грезил о «земшарной республике Советов». Вряд ли здесь нужно искать какие-то коварные происки русофобов. Ленин воплощал в себе интернационалистическую тенденцию советизма. И он, пользуясь огромным авторитетом, принес Россию в жертву своим глобалистским замыслам, которые так и не осуществились.

Инерция от этого красного глобализма сохранилась даже после решительного разгрома сторонников мировой революции в 20–30-х годах. Сталин, покончивший с леваками, был еще достаточно осторожен в области внешней политики. Однако при Хрущеве и особенно при Брежневе началась какая-то «феерия красок». СССР поддерживал множество «прогрессивных» режимов и движений в странах «третьего мира». Это не говоря уже о западных компартиях, которые снабжались даже в странах, где их мало кто поддерживал. К примеру, Компартии США, которая насчитывала всего-то десять тысяч членов, давали около трех миллионов долларов в год. А всего компартиям Запада отваливалось 200 миллионов ежегодно.