Читаем Русские воинские традиции полностью

К несомненным плюсам энергосберегающего рукопашного боя можно отнести относительную простоту, особую размашистую технику ударов и защиты, основанной на силе инерции. Умение вести бой не требует больших мышечных затрат, и даже ослабленный человек способен, владея этой методикой, отбиться от незамысловатых нападающих.


Так в наши дни празднуют Масленицу


На «продвинутом» уровне не было заученных приемов. Была пластичность, причем делалось именно то, что необходимо в данный момент, подготовленное тело само выделывало то, что нужно, – это результат знания (умственного и телесного) и чувствования (видения). Была необходимость в непосредственном восприятии окружающей действительности, что позволяло мгновенно принять единственно правильное решение. Существовала и ритуализированная последовательность технических действий, связанная с древними обрядами (хороводы, пляски, бой под музыку и пение и т.д.).

Особенность традиционной пластики состоит также во взаимодействии с землей. Эта закономерность проявляется даже в том, что бой на Руси называется рукопашным. Наш народ не зря связал воедино эти первичные понятия в своем языке, а значит, в своем сознании. Пашню связывают и с душой русского человека. Недаром говорят: «Душа нараспашку»; распахнутый, распаханный – значит открытый. Русские эпические богатыри Илья Муромец и Микула Селянинович – крестьяне-пахари. Вся дружина Вольги не может «бросить сошку» Микулы за ракитовый куст.

Приемы схваток были разнообразны. Подтверждением тому служат старинные русские выражения, как, например, «Москва бьет с носка», имеется в виду удар носком ноги, широко использовавшиеся в «увечных» кулачных поединках. Интересны названия приемов: «подломить», «заломить», «за плеча сграбиться», «метнуть через грудь», «взять на косу бедру», «поставить на головку», «сбить с кирпичей мост», «в кучу скласть», «сложить», которые свидетельствуют о разнообразии приемов и подходов.

Особой формой боя был бой круговой (один или немногие против остальных), который являлся общинным действом, отголоском коллективной магии. Пляска в кругу, переходящая в бой (в древние времена – имитация охоты), превратилась позже в тренировочную и боевую схватку.

Одна из разновидностей парных поединков, проводимых на Руси, получила название «охотницкие бои», для них были характерны высокие открытые стойки, отсутствие уклонов, уходов и нырков, лишь изредка использовались подсечки. Одним из главных достоинств бойца считалось умение держать удары и терпеть боль. В «охотницких боях» преимущественно использовались удары кулаками, на которые иногда одевали рукавицы, обшитые металлическими бляхами. Решающими факторами в таком бою были сила удара, терпение и выносливость.

В различных местностях России имелись свои названия борьбы. Один из видов борьбы назывался «в схватку», «в охапку». Название этой борьбы определялось тем, что борцы захватывали друг друга «наискось», сцепляя свои руки на спине противника. В этом виде борьбы не разрешалось цеплять ногами, захватывать за одежду, разве что по взаимному уговору. Для победы надо было или прижать противника спиной к земле, а иногда даже развести руки крестом или бросить его на землю, оставаясь на ногах. Допускались схватки, дозволяющие проводить любые приемы, но без увечий: «по-всякому», «на вольную». Боролись, как это было издревле принято в русских игрищах, до трех раз. По древнему обычаю, выходили «на круг», образованный зрителями.

Существовала разновидность борьбы, называемая «на щипок». В тех же песнях о Кострюке, про его схватки с братьями Калашниковыми поется: «Кто кого сможет рвать-щипать / Того рвать-щипать, до нага обдирать».

На лубочной картине XVII в. изображена ситуация, когда борцы взялись одной рукой за ворот друг друга, а другая рука – за спиной или свободна. Такой вид борьбы назывался «за вороток» или «об одну ручку».

В различных районах рукопашный бой назывался по-разному (у владимирцев – кружало, у псковичей – скобарь, в Твери – буза и т.д.), и в каждой местности вырабатывались свои излюбленные приемы.

В любой борьбе соблюдались общие правила, к примеру: не биться «по-увечному», не бить лежачих – и «уговоры», устанавливающие выбор ударов и продолжительность схватки непосредственно перед боем. Захваты и броски больше применялись в «сцеплялке». Удары ногами разрешались в старину в «охотницком» и в «вольном» бою и не дозволялись в «стенке». Запрещались удары в пах, в спину, удары по лежащему. Тот, кто нарушал эти правила, подвергался осмеянию и общественному презрению. Если борцы, недовольные исходом схватки, начинали лезть в драку, буянить, то их растаскивали, а сильно буйных и вязали.

Большое значение имел уговор, в котором определялся исход боя. По уговору могли бороться «на буйну голову», то есть до потери сознания. В одном из вариантов известной песни о Кострюке поется: «Они билися-рубилися об своих буйных головушках».

Известен был уговор бороться «за проклад» – просто так, ради развлечения, дабы ловкость да силушку показать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное