Русский диверсант абвера. Суперагент Скорцени против СМЕРШа

Штурмбаннфюрер СС Отто Скорцени, несмотря на ранний час — стрелки на циферблате его наручных часов показывали только половину шестого утра, — тем не менее был в черной парадной форме офицера войск СС. Он еще раз придирчиво осмотрел себя в зеркало и поправил на шее Рыцарский крест, которым лично наградил его Адольф Гитлер. Это была награда за успешную операцию по освобождению Бенито Муссолини — главы фашистского режима в Италии и верного союзника фюрера. Тогда, летом 1943 года, диктатора Муссолини (дуче, как его называли итальянцы) свергли и арестовали свои же соотечественники. Этот заговор был организован антигермански настроенными политическими кругами во главе с королем Италии. Дуче после ареста вывезли и заточили в неприступный, словно крепость, отдаленный горный отель в Апеннинах — под усиленной охраной роты карабинеров. Скорцени провел в сентябре сорок третьего блестящую операцию: с двумя десятками парашютистов высадился на планерах на горном плато перед отелем и молниеносным штурмом, практически без единого выстрела, освободил Муссолини. Потом он лично вывез фашистского диктатора на легкомоторном самолете через горные перевалы в Рим, а затем через Вену доставил в Берлин. Там их с нетерпением ожидал Гитлер, устроивший в здании рейхсканцелярии помпезный прием. Об этом восторженно писали все немецкие газеты, Скорцени в одночасье сделался национальным героем Германии: его стали называть «диверсантом № 1» Третьего рейха, любимцем фюрера. С тех пор прошло чуть больше года, ситуация на фронтах к октябрю 1944-го для Германии сложилась катастрофическая: на востоке к границам рейха вплотную подошла Красная Армия, на западе успешно наступали англо-американские войска. Германию могло спасти от неминуемого поражения только чудо. В чудеса Скорцени не верил и в глубине души начинал понимать — войну его страна скорее всего проиграла. Хотя как истинный немецкий солдат старался гнать от себя подобные мысли и всяческие сомнения: настоящий ариец никогда не сдается и исполняет свой воинский долг до конца, независимо от исхода битвы!

Штурмбаннфюрер подошел к массивному старинному письменному столу с двумя тумбами, который занимал чуть ли не добрую половину его кабинета, сел в кресло. Придвинув к себе телефонный аппарат, набрал номер центральной радиостанции абвера под Берлином и назвал дежурному свой личный код. Его соединили со старшим смены операторов радиосвязи: они постоянно прослушивали эфир на частоте группы Яковлева, которая этой ночью была выброшена на парашютах в советский тыл:

— Говорит Скорцени, да, по группе Крота! Ничего? Ладно, держите меня в курсе — если выйдут на связь, сразу сообщите моему дежурному во Фриденталь. Отбой!

Он положил трубку и задумался: «Начало активной фазы операции не очень хорошее, однако время еще есть, подождем. Есть и резервная группа, так что „игра продолжается“, как любит выражаться мой шеф Шелленберг».

Скорцени уже звонил десять минут назад в «двухсотую» эскадрилью люфтваффе и успел переговорить с командиром экипажа «Юнкерса-52», производившим доставку и выброску парашютистов Яковлева. Майор Юргенс, которого Скорцени знал лично, объяснил, что десантирование прошло нормально и в расчетной точке в два часа ночи ничего подозрительного на земле экипаж не заметил. Говоря откровенно, Скорцени не очень доверял большинству русских, воевавших на стороне Германии, но вот Яковлев на удивление быстро расположил его к себе и вызвал доверие, а штурмбаннфюрер очень редко ошибался в людях…

Он снова взялся за телефон и набрал номер приемной начальника Главного управления имперской безопасности на Принцальбрехтштрассе.

— Приемная обергруппенфюрера СС Кальтенбруннера, дежурный офицер Шульц! — четко отрапортовали на том конце провода.

— Говорит штурмбаннфюрер Скорцени. Мне назначено на восемь утра, нет ли изменений?

— Минутку, — было слышно, как дежурный шелестит страницами журнала, — да, все без изменений, генерал ждет вас ровно в восемь на совещание.