Русский храм. Очерки по церковной эстетике

Но для постройки место это чисто практически было отнюдь не самым удобным. Враги Христа, желавшие уничтожить – прежде всего, духовно – великую святыню, гроб Господень, устроили над пещерой капище Венеры. Константин не пошел по легчайшему пути освоения другой площадки. Он разрушил капище и произвел раскопки. По свидетельству Евсевия епископа Кесарийского, священный памятник Воскресения Господня был внизу обнаружен уже «сверх всякого чаяния». Под руководством матери императора святой Елены храм соорудили со всем блеском языческого зодчества: как материал был использован мрамор, здание было опоясано галереями, на внутреннее убранство шли золото, серебро, драгоценные камни… Но сердцем, Святым Святых этой великолепной оболочки была погребальная пещера, предназначавшаяся Иосифом Аримафейским для погребения Христа. Из этого зримого центра христианства шли все смыслы, отсюда текла живая вода – новая благодатная жизнь.

В «Истории» Иерусалимского патриарха Досифея есть описание святого гроба (кн. II гл.1): «Гроб Господень есть двойная пещера: поелику, по обычаю евреев, высекали в камнях как бы дом, иногда большой, иногда малый, а внутри делали или один гроб, или несколько, и когда погребали кого-нибудь, то ничего не клали сверху, а только дверь пещеры закладывали большим камнем. Так и Иосиф Аримафейский высек себе из самородного камня гробницу, сперва один покой и далее дверь в другой, а во внутренности оного, с северной стороны, сделал новый гроб, в коем было положено бессмертное тело Господа нашего, и ничего поверх его; внутренняя дверь была открыта, а наружная завалена камнем. Поелику место, с которого срыли землю, было неровно, а пещера св. гроба низка, то св. Елена повелела все оное место очистить, доколе не образовалась большая площадь, так чтобы памятнику Воскресения быть посреди оной; царица велела обложить его снаружи мрамором, чтобы он казался как бы построенным внутри стен внешнего храма. Поелику же она повесила внутри св. гроба лампады, то вверху пещеры, иссеченной из одного цельного камня, просверлила камень в разных местах для исхода дыма. Вокруг пещеры на площади построен был храм Воскресения Христова – новый, предсказанный пророками Иерусалима, и зодчим его, по сказанию Феофана, был некто по имени Евфимий»31. Запомним эту форму пещеры – низкую сводчатую комнату, содержащую гроб, высеченную в скале, природный вход в которую завален камнем: такую форму мы обнаружим и в православных храмах на Руси. Кувуклия храма Воскресения – именно тот архитектурный прообраз, который спустя века одушевит и древнерусское храмостроительство.

Помимо церкви Воскресения, святая Елена возвела ряд других храмов. Нам сейчас важно то, что храмы ею были построены над Вифлеемской пещерой, где родился Спаситель, а также над той пещерой, где Он, по преданию, наставлял учеников тайнам Царства Небесного. Налицо вполне определенная тенденция: первые христианские цари Константин и Елена с идеей христианского храма связали идею пещеры – как гроба (храм Воскресения), рождающей утробы, источника новой жизни (Вифлеемский храм Рождества Христова), а вместе с этим «посвятительного» места (храм пещеры «наставлений» Христовых). Все эти смыслы будут молчаливо присутствовать в архитектуре наших церквей. Тайна русского храма – это тайна жизни и смерти, – жизни и смерти Христовых, но и наших жизни и смерти. Наше «посвящение» состоит в постепенном, всё более глубоком и интимном вхождении в смерть Христову, дабы приобщиться к дарованной Им новой вечной жизни, «жизни будущего века». Здесь сама суть христианского духовного пути – христианской литургии и христианской молитвенной мистики, а также христианской жизни в миру. Об этом часто забывают в увлечении проектами христианизации культуры, – скажем, такими нонсенсами, как христианская социология и политика. Ныне, кажется, ясно, что эти благие утопии было несмешно лелеять лишь в далеком прошлом. Сейчас же на первый план выступают исконные, собственнейшие – первохристианские смыслы. Христианская история завершает свой круг, дышать становится возможным только на вершинах, в атмосфере этих смыслов. Компромиссы с язычеством перестают быть возможными: то, что еще какие-нибудь сто лет назад было таким компромиссом, в настоящее время оказывается отступничеством от Христа…