Русский храм. Очерки по церковной эстетике

Римский епископ, рукоположенный апостолом Петром, святой Климент управлял Церковью с 92 по 101 год. Во время гонений он был сослан в Херсонес (ныне район Севастополя), где нес апостольский подвиг. В житии святого Климента рассказывается о его мученической кончине: святой был утоплен, дабы его тело не досталось христианам. Однако, когда христиане пришли к месту казни святого Климента, море перед ними чудесно отступило, дно обнажилось и они смогли пройти по нему до скалы, «подобной храму», в которой лежало «светлое тело мученика»33. Следуя полученному откровению, ученики святого оставили его мощи в этой нерукотворной церкви. Каждый год, в день кончины Климента, совершалось чудо: море отступало на семь дней, давая людям доступ к мощам. Позже, по грехам жителей Херсонеса, чудо прекратилось. На месте, где были мощи, образовалась отмель. В IХ веке эти мощи были обретены святым равноапостольным Кириллом и в 869 году перевезены в Рим. Когда св. Кирилл умер, он был погребен возле устроенной им для мощей церкви св. Климента. Один из престолов в ней установлен на гробнице св. Климента. Примечательность этой церкви в том, что именно она34 сохранила характер православного храма первых веков христианства. История же морского грота, ставшего церковью благодаря упокоению в нем мощей святого мученика, в нашем сознании ассоциируется с легендой об ушедших под воду церквах града Китежа…

Самыми древними христианскими храмами были римские катакомбные церкви. Именно в них надо искать архитектурный прототип храма позднейшего. В эпоху первоначальных гонений на христиан их литургическая и молитвенная жизнь была невидима для мира: христиане собирались для совершения Евхаристии в тиши подземных кладбищ – катакомб. «Недалеко от того места, где оканчивается городской вал, – пишет христианский автор Пруденций, – на возделанной местности, к нему примыкающей, открывает свои темные ходы глубокая крипта. Покатая тропа, извиваясь, ведет в это убежище, лишенное света. Дневной свет проникает в крипту через вход, а в извилистых галереях ея уже в нескольких шагах от входа чернеет темная ночь. Впрочем, в эти галереи бросают ясные лучи сверху отверстия, прорубленные в своде крипты. И хотя в крипте встречаются там и здесь темные места, тем не менее чрез означенные отверстия значительный свет освещает внутренность высеченного пространства. Таким образом дается возможность над землею видеть свет отсутствующего солнца и наслаждаться его сиянием. В таком тайнике скрывается тело Ипполита, подле которого воздвигается жертвенник для божественных священнодействий»35. Достоверных данных о происхождении римских катакомб не существует. Возможно, в прошлом это были каменоломни; иногда считают, что катакомбы – дело рук христиан, и состояло оно в соединении подземных фамильных склепов с помощью коридоров. Катакомбы – это разветвленные галереи в несколько этажей, общей протяженностью 876 км. Через подземные ходы люди пробирались в катакомбные церкви, где на гробницах дорогих покойников – прежде всего святых мучеников, в могильной и уже как бы неотмирной тишине приносилась бескровная Жертва.

Как было устроено катакомбное кладбище? Тела усопших римляне помещали в четырехугольные углубления в стенах коридоров, которые назывались loci или loculi. Их закрывали плитами с эпитафиями. Помимо loci в катакомбах были особые комнаты – крипты или кубикулы, служившие фамильными склепами. Мраморный саркофаг с телом устанавливался здесь в нишах. Отсюда, от этих полукруглых углублений в стенах крипт, проистекает та форма арки, которая является одной из основных архитектурных линий интерьера православного храма. Мы имеем в виду, конечно, в первую очередь абсидальный алтарь. Но если вспомнить такие классические образцы православного зодчества, как, скажем, Троицкий собор Троице-Сергиевой Лавры, собор Василия Блаженного в Москве на Красной площади, церковь Преображения Господня в селе Лукине (Переделкине) под Москвой, – их низкие сводчатые переходы, характерные лепные арки над внутренними дверями, крошечные комнатки-часовни, устроенные специально для храмовых святынь – будь то чудотворная икона Богоматери с Афона или перламутровое Распятие из Иерусалима (в этих часовнях приходится пригибаться, так низок их потолок), – если вспомнить эти храмы, то на ум приходит мысль о глубоком и неслучайном подобии их внутреннего пространства формам римских катакомб, имеющим, очевидно, значение вполне прагматическое.