Русский квас. Сенсационная польза при лечении болезней. Эликсир здоровья, которому больше 4000 лет

Во время правления Анны Иоанновны роль квасника исполнял князь Михаил Голицын. Безусловно, никто не стал бы заставлять князя лично изготавливать квас, а вот подавать его царице и гостям должен был именно он. При этом Голицын должен был ужимками и смешными рожицами веселить присутствующих. Так князь расплачивался за принятие католической веры, так как царица посчитала его поступок государственной изменой и разжаловала в шуты.

Екатерина II не любила квас, считала его слишком простым и недостойным знати, хотя ее фаворит князь Потемкин никогда не отказывал себе в удовольствии насладиться ядреным квасом, называемым кислые щи. Следует отметить, что этот шипучий напиток делали на основе солода с добавлением меда, а затем разливали в бутылки, как шампанское. Очевидцы утверждали, что этот квас был настолько газирован, что «его приходилось закупоривать в шампанки», поскольку другие бутылки он просто разрывал.

Все же при Екатерине наблюдалось резкое охлаждение к этому напитку в кругах высшей знати. Стараясь соответствовать своим западным соседям, при дворе заговорили по-французски и стали пить шампанское и лимонад, оставив квас исключительно для слуг. Хотя многие чужестранцы, тем не менее, высоко оценили исконно русский напиток, удивляясь, что он так дешево стоит – большая бочка – всего рубль.

Великий полководец Александр Суворов также признавал незаменимые свойства этого напитка, хорошо утоляющего жажду, защищающего от цинги и болезней и помогающего солдатам быстрее восстанавливаться после ранений. Именно поэтому русская армия всегда возила с собой большие бочки с квасом, причем пили его не только простые служаки, но высокие чины. Сначала гусары, большие любители шампанского, пили квас только на утро после празднований своих побед на поле брани, однако вскоре кто-то предложил соединить полезное с приятным. Так, появился напиток, прозванный «смесью французского с нижегородским» и представляющий собой состав 1:1 шампанского и кваса.

В дальнейшем квас больше уже не вернулся на свое почетное место на царском столе. Более того, в двадцатых годах XIX столетия среди российской интеллигенции появилось выражение «квасной патриот», призванное заклеймить славянофилов. Вокруг этого понятия развернулись целые дебаты. Само название напитка стало чуть ли не именем нарицательным. В. Белинский писал: «Терпеть не могу я восторженных патриотов, выезжающих на квасу да каше». Безусловно, это не прибавляло квасу популярности среди мыслящей молодежи, или считающей себя таковой. Однако это совсем не преуменьшает его достоинств. Простой народ остался верен любимому напитку, несмотря ни на что.

Современное производство кваса

После революции партийная верхушка также не жаловала квас, считая его едва ли не символом русской дремучести и отсталости. Вождь пролетариата В. И. Ленин квасу предпочитал пиво. Тем не менее, после революции этот напиток никто не запрещал. На какое-то время он практически исчез с городских улиц – не было хлеба, однако с нэпом вернулся на прилавки. В 30-х годах XX века на улицах городов появились желтые бочки с надписью «Квас». Вкус напитка несколько отличался от традиционного своим более сладким вкусом, однако он полюбился нашим соотечественникам.

М. Горький в юности, правда, недолго, вынужден был работать квасником, поэтому вполне символично, что в Москве первые бочки с квасом появились в 1928 году именно в Парке культуры и отдыха, который в дальнейшем стал ЦПКиО имени Горького.