Русско-чукотские войны – забытая драма колониальной эпохи. Колониальные войны России

7 ноября 1760 г. сибирский губернатор Ф. Соймонов отправил в Сенат докладную записку, в которой указывал, что в отношениях с чукчами больше пользы приносят уступки и переговоры, чем военная сила. В январе 1763 г. в Анадырский острог прибыл очередной новый комендант подполковник Ф. Плениснер. Ознакомившись с положением дел, он оказался глубоко шокирован: доходы от нерегулярных сборов скудного ясака с окрестных племен были мизерными, зато переброска в острог речными и таежными путями новых войсковых частей, снабжение их оружием, боеприпасами и продовольствием поглощало огромные средства из государственной казны. Ясачные племена пришли в разорение от чукотских набегов, а опасавшиеся отходить далеко от острога служивые люди не могли ни защитить их, ни вытребовать ясак силой. По сути, до сих пор причиной содержания острога и его гарнизона были амбициозные указания никогда не бывавших ни в Сибири, ни на Дальнем Востоке петербуржских министров, не желавших отказываться от присоединенной к России территории, пусть даже нерентабельной и населенной недружелюбными народами. Жизнь русских царей и двора была далека от реальности пограничья империи. Проигрыш в чукотской кампании выглядел в глазах Петербурга тем более унизительно после блестящих побед российской армии над грозной армией прусского короля Фридриха II на полях Семилетней войны. Плениснер выдвинул предложение об упразднении Анадырской партии и ликвидации Анадырского острога. Его поддержал Соймонов.

Чукчи на иллюстрации Олофа Сёрлинга (1852–1927)

Правительство недавно пришедшей к власти молодой императрицы Екатерины II в это время занималось приведением в порядок запущенных за десятилетия эпохи дворцовых переворотов внутренних дел государства. Новая власть не желала бессмысленно тратить средства из казны на не оправдавшее надежд предприятие. Доклад Сената Екатерине гласил: «В разсуждении лехкомысленного и зверского их (т. е. населения окрестностей Анадыри) состояния, також и крайней неспособности положения мест, где они жительство имеют, никакой России надобности и пользы нет и в подданство их приводить нужды не было». 4 мая 1764 г. последовал императорский указ, предписывающий закрыть Анадырскую партию и ликвидировать Анадырский острог. В следующем году он достиг Анадыри, и из острога начался вывод служивых людей и гражданских жителей. К 1771 г. весь гарнизон, составлявший к приходу указа из 588 казаков и солдат, и гражданское население были переведены в Гижигинскую и Нижнеколымскую крепости. Уходившие войска разобрали церковь острога и вывезли ее детали в Нижнеколымскую крепость, а затем сожгли остальные строения и все укрепления, чтобы аборигены не могли использовать оставленный острог в своих целях.

Хотя никакого мирного договора с чукчами подписано не было (равно как и дипломатического объявления войны), русский гарнизон не был разгромлен, фактически это означало поражение России в долгой и изнурительной войне. Российские войска уходили с территории, которую уже считали собственной император и императорские сановники. Несмотря на передовое вооружение и прекрасную боевую выучку русских солдат и казаков, два фактора неумолимо играли против них на Чукотке: суровость приполярной природы, к которой российские войска не были приспособлены, и необычайная воля к борьбе северного народа, больше всего ценившего свою личную свободу. Интересные заметки оставил зять Дмитрия Павлуцкого и участник состоявшейся как раз во время русско-чукотских войн в 1741 г. экспедиции Витуса Беринга, установившей близость к дальневосточному побережью Северной Америки, Степан Крашенинников в своей книге «Описание земли Камчатки»: «пятьдесят коряков не отважатся противостоять двадцати чукчам». Победа аборигенов, находившихся еще на первобытном уровне культурного развития, каковыми являлись в XVIII в. луораветланы — чукчи, над оснащенной огнестрельным оружием европейской армией, была крайне редким явлением за всю историю колониальной эпохи.

Разумеется, российский двор формально не признал чукотскую кампанию проигранной, а территорию Чукотки — оставленной. В 1776 г. Екатерина II издала указ, предписывающий употребить все возможные, но исключительно мирные цели для приведения чукчей к присяге на верность России.

Российские власти не могли упускать Чукотку из внимания еще и потому, что летом 1778 г. у ее берегов появились два корабля самого знаменитого в истории английского мореплавателя Джеймса Кука.

Карта северной части Тихого океана с северо-восточным побережьем Азии и северо-западным побережьем Америки, исследованная в 1778 и 1779 гг. Капитаном Куком (из коллекции Национального морского музея, Гринвич, Лондон)