Русско-шведская война. 1610–1617

В повести «О смятении и междоусобии» сказано: «Гражане же видевше, яко несть им ниоткуду помощи, ни испоручения и глада ради предаша град поганым». Здесь подчеркивается, что одной из причин капитуляции стал голод, ведь все приступы были отбиты, враг «много приступав, ничтоже учини». Однако угрозы голода для защитников Гдова не существовало, во всяком случае, в ближайшем будущем. Г.В. Форстен писал, что шведам в Гдове достались огромные запасы продовольствия – 2448 бочек, в т. ч. 1295 бочек зерна, много возов сена. Форстен также привел фамилии наиболее богатых жителей Гдова, которые выдали шведам огромные суммы денег (Гриша Волков – 90 руб., Лука Калашников – 140 руб.)[402].

В Псковской 1-й летописи сообщается, что к Гдову пришел королевич «и сним Ивергорн с нарядом, город разбил, мало не весь, и Гдов взял, а людей выпустил». Таким образом, согласно летописцу, сдача Гдова произошла после сильных разрушений стен крепости[403].

После капитуляции всем желающим было разрешено уйти в Псков или куда захотят. По сообщению Видекинда, большинство местных купцов и мещан, а также крестьян в окрестностях добровольно остались[404]. Шведскому королю присягнули несколько детей боярских, обещавших служить «до скончания живота своего» и просивших пожаловать их поместьями. Густав Адольф щедро наградил тех защитников, кто присягнул ему, а также сопровождавших его новгородцев. Большинство гдовских воинов и воевода Иван Шестунов отъехали в Псков и участвовали в его обороне в 1615 г.[405]

Хотя Гдов и был вынужден капитулировать, ранее неудачные штурмы не очень сильно укрепленного города были во многом обусловлены недостаточной эффективностью, возникшей из-за неправильных методов ведения штурма шведами. Кроме того, боеспособность иностранных наемных подразделений была не очень высокой. Захваченные ранее крепости – за исключением Новгорода – были взяты в ходе продолжительной осады. В Новгороде победа была достигнута путем сочетания отвлекающего штурма с главным ударом, которому предшествовал подрыв петардами крепостных ворот. В принципе, защитники Новгорода могли продолжить сопротивление в кремле и на Торговой стороне, но капитулировали. По-видимому, штурм Гдова также велся с нескольких направлений, при поддержке артиллерийским огнем и подрывов мин.

Густав Адольф остался доволен победой и отказался от нападения на Псков. Причиной такого решения могло быть время года, проблемы с размещением солдат (которые имели место во время осады Гдова) и особенно ситуация в полках Коброна и Меннихгофена. Первый из них, имевший в начале 1614 г. 4 эскадрона и 5 рот, был сокращен 23 сентября до 1 эскадрона (160 человек) и 4 рот (416 воинов). В первой половине 1614 г. второй полк состоял из 9 рот, из которых к 21 сентября осталось только семь (966 человек). Позже они были включены в состав полка Делагарди. Поскольку для проведения штурма фактически были пригодны только иностранные пехотные полки, король не смог собрать достаточных сил для нападения на Псков. Вместо этого он решил использовать победу, одержанную при Гдове, чтобы позже попытаться начать мирные переговоры с Русским царством. Он поручил Горну возглавить эту миссию. Делагарди был предоставлен «отпуск» на зиму. В октябре король отправился обратно в Швецию и в середине ноября прибыл в Стокгольм.

В то же время, когда шла осада Гдова, имели место спорадические стычки в районе Корелы и на участках между Ладожской крепостью и устьем реки Волхов в Ладожском озере. Упомянутые выше перевозки орудий из Новгорода происходили по первому из указанных направлений. Густав Адольф приказал Делагарди перевезти часть тяжелой артиллерии из Новгорода, но придержал транспортировку до победы в сражении при Бронницах. Около 19 июля из Новгорода отплыла флотилия кораблей, на борту которой было 5 больших медных орудий и 6 мортир. Транспорт охраняла норрландская рота Якоба Веламссонаса[406].

Однако русские узнали об этом, и, как пишет Делагарди, в устье Волхова собрался отряд из примерно 2 тыс. казаков и крестьян, чтобы перехватить корабли. Поэтому Веламссону пришлось ждать в Ладоге, пока русские не будут вытеснены оттуда. Именно с этой целью 30 июля король приказал Делагарди направить в Ладогу конницу. Однако Делагарди уже принял меры и направил туда полковника-квартирмейстера Роберта Моора во главе четырех финских эскадронов. Однако когда на Волхове появилось тридцать с лишним русских кораблей, шведы вызвали на помощь эскадру из 10 кораблей и 1 пиннаса. В начале августа они атаковали русских, которые были рассеяны, а большая часть кораблей попала в руки шведов. Теперь транспортировка орудий могла осуществляться беспрепятственно. В середине августа их доставили в Ниеншанц.