Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

При настоящем состоянии военного искусства артиллерийская техника получила чрезвычайную важность. Совершенство оружия даст ныне решительный перевес той армии, которая в том отношении опередит другие. В этой истине мы убедились горьким опытом последней войны. Войска наши, поздно снабженные нарезными ружьями, наскоро переделанными из гладкоствольных, должны были тяжкими потерями и обычно своей стойкостью выкупать несовершенство своего вооружения. <…> Война эта привела нас к сознанию необходимости в самых деятельных мерах к снабжению наших войск совершенным оружием. <…> Мы должны и теперь откровенно признаться, что в материальном состоянии артиллерии и в вооружении войск мы отстали от других европейских государств[177].

Крымская война подкосила сохранявшиеся в неизменности полтора века взаимоотношения между армией и обществом. Великие реформы, начатые новым императором Александром II и просвещенными бюрократами, такими как Милютин, включали в себя освобождение крепостных и введение всеобщей военной службы. Рабочий и солдат сделались лично свободными. Рабочий теперь не был приписан к казенному оружейному заводу. Фактически пожизненная служба солдата была заменена шестью годами действительной службы и девятью годами пребывания в запасе. В тактике и обучении все больше внимания уделялось стрелковому бою. Военное министерство принимало «самые энергичные меры» по оснащению пехоты современным вооружением, и в этом процессе государство стало более непосредственным образом участвовать в развитии военной промышленности, чем когда-либо прежде.

Начало перевооружения

Перевооружение предполагало снабжение войск новыми системами вооружения. Для распространения информации о военном деле, конструировании и совершенствовании стрелкового оружия правительство спонсировало несколько новых изданий. Первым частным военным периодическим изданием в России стал ежеквартальный журнал «Оружейный сборник», основанный и редактируемый В. Н. Бестужевым-Рюминым и В. Л. Чебышевым. Этот журнал специализировался на технологии стрелкового оружия – его истории и теории, описании различных систем, используемых российской и зарубежными армиями, а также состояния оружейных заводов в России и за рубежом. В 1861 году, рассказывая гвардейским артиллеристам о целях «Оружейного сборника», Чебышев утверждал, что стрелковому оружию придают очень мало значения и характерно это в первую очередь для пехотных офицеров. А еще он опасался, что, даже несмотря на резкий рост интереса к стрелковому оружию в конце Крымской войны, отношение к нему может снова охладеть. Таким образом, журнал поставил перед собой задачу ознакомить общественность с текущими разработками в области огнестрельного оружия и, что еще важнее, держать ее в курсе важных военных вопросов текущего времени [Чебышев 1861а: 479–480, 488].

Но с информированием общественности или без ее оповещения жизнь России определял самодержавный режим, осуществлявший свою власть через министерства и территориальные органы управления. Военный министр Милютин создал ряд комитетов для сбора технических описаний нового оружия, наблюдения за его испытаниями, оценки пригодности и рекомендаций о принятии на вооружение новых систем. Первый из них, Комитет по усовершенствованию штуцеров и ружей, созданный в 1856 году, рассмотрел вопрос о принятии на вооружение новых мушкетов по окончании Крымской войны. Пять лет спустя на смену этому комитету пришла Оружейная комиссия Временного артиллерийского комитета. В 1869 году, с началом наиболее интенсивного периода развития стрелкового оружия, министерство создало две временные комиссии, в обязанности которых входил, в частности, контроль за принятием на вооружение казнозарядных устройств и металлических патронов. Это были Главная исполнительная комиссия по перевооружению армии при Артиллерийском управлении под председательством генерал-лейтенанта О. П. Резвого и Главная распорядительная комиссия по перевооружению армии при канцелярии Военного министерства под председательством самого министра Милютина [Приказ 1869а].