С пингвином в рюкзаке. Путешествие по Южной Америке с другом, который научил меня жить

Кто знает, может быть, мне не стоило брать его, когда мы встретились на пляже в Пунта-дель-Эсте? Быть может, мне надо было уже тогда покориться воле природы, которая закончила бы начатое людьми дело и убила бы пингвина? Или мне не стоило его бросать одного в школе, не надо было отправляться в далекие странствия? Какой смысл во всех этих путешествиях, целью которых было потешить собственное эго? Мне тогда, на пляже, надо было просто пройти мимо. И почему мне так больно, когда его уже нет рядом? Мне казалось, что я его предал. Он сел в лодку Харона и переплыл реку Стикс, а плату Харону за его переправу плачу я. Пингвин теперь очень далеко от меня, я не смогу отплатить ему за все те минуты радости, которые он мне подарил. Ум человека рационален, а его чувства иррациональны. Чтобы найти баланс между наплывом чувств и здравым смыслом, люди пишут некрологи и говорят теплые слова про умерших во время похорон. В данном случае я не собирался писать некролог и не имел возможности вспомнить умершего во время похорон.

Я прекрасно отдавал себе отчет, как мне повезло, что встретил эту удивительную птицу. В тот момент боль утраты была такой невыносимой, что я не мог унять ее. Но потом я сказал себе, что должен быть сильным. Я сказал себе: «Послушай, но ведь это всего лишь пингвин! Чему ты так печалишься?» Это, конечно, так, но все же какой удивительной и неповторимой была эта птица!

Судьба сложилась так, что мне не пришлось сказать пингвину сразу после смерти то, что я о нем думал. «Hasta la vista, amigo mio». «Увидимся, друг мой. Мы еще увидимся». Потом я долгие годы сожалел, что этого не сделал, – не воздал должное тогда, когда был просто обязан так поступить. Жизнь и смерть пингвина стали главой истории моей жизни, которую я так долго не мог дописать.

Глава 18. Размышления издалека, или Размышления автора о роли и значении Хуана Сальвадора в его жизни

Так почему же этот пингвин сыграл такую огромную роль в моей жизни? На этот вопрос ответить довольно просто. Все, кто неожиданно покидает свою семью, близких, друзей и домашних животных, которых любит, остро ощущает горечь разлуки и пустоту. Это неизбежно, несмотря на обилие приятных раздражителей в новой среде. Но природе не свойствен вакуум, и Хуан Сальвадор его заполнил. Сначала он занял часть освободившегося пространства, а потом заполнил его целиком. И когда в этом пространстве становилось тесно, он раздвигал и расширял его. Я тогда не задумывался об этом; казалось, все происходило естественным образом, само собой. А потом он вдруг неожиданно исчез.

Конечно, время идет, и за место в нашем сердце начинают бороться новые члены семьи, друзья и домашние животные, но место, опустевшее после смерти тех, кто был в нем прежде, так и остается пустым. Те, кого мы любим, остаются живыми в нашей памяти, наших разговорах и наших историях, хотя мы далеко не всегда готовы признаться окружающим, насколько нам были дороги ушедшие. Вообще-то, мы и не обязаны это делать. Скажу честно, своих собак я любил не меньше пингвина. В стихотворении «Сила собаки» Редьярд Киплинг предупреждает нас о том, что мы «сердце… собакам терзать отдаем»:

Любимые нам не навечно даны,За малый процент мы берем их взаймы.И скорбь не зависит порой от того,

Мы долго иль кратко любили его.Кредит, хоть короткий, хоть долгий – все плох,Ведь все же придется выплачивать долг…

Зачем же, пред тем, как на небо уйдем,Мы сердце собакам терзать отдаем?[23]

Моя жизнь с Хуаном Сальвадором была коротким или, точнее, краткосрочным кредитом, однако наши отношения сыграли для меня огромную роль еще и потому, что происходили в определенный жизненный период. Взял бы я его к себе, если бы он тогда, на пляже, этого не хотел? Я был в ту пору неопытным двадцатитрехлетним англичанином, выросшим в провинции, и думал в тот момент только о том, как спасти жизнь живого существа. Я находился тогда в привилегированном положении в том смысле, что мог позволить себе содержать пассажира, хотя, скорее всего, слово «пассажир» вряд ли подходит к Хуану Сальвадору. Сальвадо «Спасенный» или Сальвадор «Спаситель» – вот в чем вопрос. Оба имени подходят к нему в равной степени. Точно так же сложно сказать, кто больше выиграл от того, что его выбрали талисманом нашей команды по регби – он сам или команда? Аналогично обстоит дело с вопросом, кто кому больше помог: Хуан Сальвадор Диего или наоборот?