Самба на острове невезения. Том 1. Таинственное животное

— Что это? — пискнул Витя.

— Это я поменял голос для телевидения! Здорово, правда? — похвастался Попугай, маша руками. Сегодня он был в красной футболке и черном галстуке, поистине ужасающе подходящими к вышеозначенным декорациям.

— Очень, — скуксившись, ответил ему Виктор.

— Что еще за Страшный Чан? — спросил Скелет с намеком на любопытство. — Из страшных я знаю только Джеки Чана! А бывают и другие Чаны?

— Черная коробка, куда вы будете складывать листки с именами соплеменников, — пояснил, не обращая внимания на шутку, ведущий. — Я назвал ее так для рейтинга. Страшный Чан… Только вдумайтесь… Классное я дал имя! Итак, время! — мистер Фокс стукнул в гонг, стоящий на трибуне, которую он же сам и приволок сюда. Как по команде, сбежались операторы и начали съемочный процесс. Организатор шоу все время находился рядом, в проходе между ограждениями, но ни разу не попал в кадр — это была задача операторов.

Между тем мистер Фокс сказал вступительную речь, и первое голосование на острове началось.

Мы сидели на коврике в позе лотоса, по очереди подходя к заветному Страшному Чану, бросая туда предварительно вытащенные из корзины листочки. Я вдруг подумала, а вдруг их неравное количество? Предполагается, что каждого имени должно быть ровно на количество соплеменников минус один, так как за себя голосовать нельзя. Но вдруг затеей организаторов станет желание оставить кого-то в проекте, тогда, не найдя листка с нужным именем, человек просто бросит какое-нибудь другое?

«Чушь», — сказала я сама себе, представив такую ситуацию. Вот ищу я драгоценного Марика, а мне все попадаются сплошные Викторы да Сан Санычи… Что я, их кину, что ли? Я просто подниму кипеш, вот и все, пусть рисуют новые бумажки.

Подошла моя очередь. Анна села, я же поднялась и направилась к корзине. Наклонилась. Пятой вытащенной бумажкой оказался Марик. Тут же он был свернут и сунут в щель черной коробочки. Я вернулась на место.

После меня шли дед и Витя, а завершал процессию Олег Владимирович. Команда Бордовой прошла первой.

Ведущий еще раз стукнул в гонг и забрал коробку.

— А сейчас я оглашу результаты! — еще более дурацким голосом произнес он, достал ключ и повернул его где-то сзади. Одна сторона коробки отошла, и на трибуну перед ведущим посыпались бумажки.

Что же сейчас будет?..

Было видно, что абсолютно все, а не только я одна, чувствовали неудобство. Передернув плечами от дискомфорта, я повернула голову вбок. Попалось на глаза сосредоточенное лицо Генерала. Почувствовав мой взгляд, он уверенно мне кивнул и мимолетно, незаметно для других, подмигнул. Честно говоря, я даже не была до конца уверена, делал он это или нет, так быстро произошло шевеление век, но почему-то от этого стало легче. Я хотя бы смогла нормально дышать и выслушать вердикт.

— Уважаемые участники шоу! Сейчас мы наконец-то узнаем, кто первым покинет наш проект, так и не вкусив всех прелестей… — бла-бла-бла, не буду передавать дословно, это неинтересно. — Разворачиваем листки с именами! Маврикий, Маврикий, Олег, — «полководец» при своем имени заметно напрягся, — Маврикий, Денис, Олег, Маврикий, Маврикий, Маврикий, Екатерина.

Обалдеть можно! Я разинула рот от эдакой наглости. Кто посмел?! Убью злодея!

— Что ж, подводим итоги. Два голоса против Олега Кожухова, по одному против Дениса Егорова и Екатерины Любимовой, и шесть голосов против Маврикия… простите, это ваш псевдоним, фамилию вы оказались называть напрочь…

— Она некрасивая! — завопил Марик и зарыдал навзрыд. — За что?! За что-о?! Меня нельзя исключать, я полезен! — Он кинулся в ноги ведущему и затряс его брюки: — Я полезен всем, как вы не понимаете? Вам я тоже могу пригодиться!

— Уберите его отсюда! — брезгливо отшатнулся Фокс.

Муравьев подскочил к ним.

— Давай парень, поднимайся… Ничего, жизнь на этом не закончилась.

— Мне нужен этот автомоби-иль! А-а-а! — продолжал тот истошно вопить, рыдая.

— Так, выключайте камеру! — прикрикнул разозленный поведением Марика Попугай на второго оператора.

Здесь взгляд бывшего товарища зацепился за мое прекрасное лицо.

— Стойте! — вскочил Маврикий. — Я хочу сделать заявление!

Все мои внутренности сжались до размеров маленького комочка — несчастного смятого фантика от карамельки… А остальное пространство занял властный, жаждущий подчинения, заставляющий раболепствовать Страх… Липкий, жгучий ужас от того, что сейчас начнется, когда бывший друг и соратник, а ныне — враг номер два (после Кожухова, разумеется) раскроет мою страшную тайну!

Марик смотрел на меня злыми глазами, но только он открыл рот, как ведущий поднял руку:

— Это вам не ток-шоу Малахова! Здесь не дают высказываться! Вы покинули проект, все, вас нет уже, так что никаких заявлений! Вперед — собирайте вещи… хотя, какие вещи?.. Забирайте остальную одежду и дуйте на борт! Мы вас увозим.