Самые интересные люди, казусы и факты всемирной истории

Этот мой монолог вырос из беседы с моим постоянным партнёром по старейшей команде спортивного «Что? Где? Когда?», замечательным психотерапевтом Ириной Борисовной Морозовской. По ходу разговора её изрядно удивило, что я в своих экономических рассуждениях не различаю прислугу и домашних работников. Ведь разница между ними весьма заметна. Прислуга исполняет обязанности личного плана — вплоть до того, чтобы личико барчуку вымыть, дабы он свои ручки не утрудил. На домашних же работников возлагают довольно чётко определённые хозяйственные функции: уборщица, полотёр, кухарка…

Но Морозовская — как психолог — профессионально ориентируется на личностные исследования. Для неё это различие существенно. Я же — как политик — ко всему подхожу с экономической стороны. Для меня важно, что все эти люди — и личная прислуга, и домашние работники — за какую-то форму оплаты делают то, что клиент в состоянии сделать самостоятельно.

Правда, качество самостоятельной работы иной раз желает лучшего. Скажем, мою собственноручную стряпню практически никто, кроме меня самого, не рискует есть. Но я её потребляю уже не первое десятилетие — и пока вроде бы даже здоровья не потерял, разве что разжирел до безобразия, ибо для меня это вкусно. А, например, то, что я вместо швейных ниток использую тонкую леску, не придаёт одежде, отремонтированной мною, особого изящества — зато прочность отменная, а внешний вид меня не беспокоит.

Но далеко не у всех такие же кривые руки, как у меня. Прислуга делает то, что человек может сделать и сам. Спрашивается, зачем же она нужна?

Зачем баловать того же барчука? Ведь праздность — мать всех пороков. Многие дворяне — даже самые высокопоставленные — обучали своих детей наукам и ремёслам просто ради того, чтобы те всегда имели чем заняться.

Или, скажем, зачем приставлять к каждому офицеру рядового в качестве денщика? Это, судя по всему, не самая приятная в армии обязанность. Вспомните: бравый солдат Швейк на протяжении большей части своих армейских похождений был именно денщиком у разных офицеров. И это, мягко говоря, не прибавило ни ему, ни тем более читателям любви к офицерскому корпусу.

После революции у нас денщиков отменили — ради всеобщего равенства. Офицерам (в том числе новым красным командирам — выходцам из народных низов и солдатских масс) какое-то время приходилось собственноручно и гимнастёрки стирать, и подворотнички подшивать.

Кстати, насчёт подворотничка. Эту деталь армейской одежды иной раз считают нелепостью, а уж её регулярное пришивание и вовсе возмущает едва ли не любого, кто полагает армию нелепым пережитком прошлого. Между тем регулярная смена подворотничка в высшей степени полезна. Подкладка из тонкой гладкой ткани на шее защищает эту самую шею от потёртостей, опрелостей и множества иных неприятностей, неизбежных, когда жизнь заставляет иной раз по нескольку суток выполнять тяжёлую физическую работу, не переодеваясь. А подшить новый подворотничок и постирать старый несравненно быстрее и проще, чем приводить в порядок всю одежду.

Подобным же образом и портянки в армейском быту надёжнее носков. Их и сменить проще: годится едва ли не любая льняная или хлопковая ткань. И протираются они медленнее. А правильно намотанная портянка даже сбивается куда медленнее, нежели носок. Научиться же наматывать правильно можно за считанные часы. Надеюсь, наша армия скоро вернётся к портянкам.

Но дело не в одних подворотничках. После нескольких лет боевого опыта опять пришлось вводить денщиков. По очень простой причине. Офицеру надо тратить время не на работу по уходу за собою, а на размышление о том, как должны действовать вверенные ему военнослужащие рангом пониже. Отведём из боевого строя одного бойца, назначим его денщиком — и правильное управление остальными более чем возместит эту потерю.

Биллу Гейтсу невыгодно нагибаться за стодолларовой купюрой. За то время, пока он её подберёт, он может заработать куда больше — очередными размышлениями о том, какие ещё функции впихнуть в изделия своей фирмы. Мне многие из них не нравятся — но судя по общему мнению, Гейтс знает о типичном пользователе компьютера куда больше меня. А потому его заработки с точки зрения общества оправданы. Значит, обществу в целом выгодно, если он обзаведётся домашней прислугой. Хотя в его доме основную часть обязанностей прислуги выполняет техника, созданная опять же при его прямом участии. По мере дальнейшей разработки эта техника заменит изрядную часть прислуги во всех домах. А люди, занятые сейчас этой работой, найдут что-то поинтереснее — и полезнее для других.