Самые интересные люди, казусы и факты всемирной истории

Причём у создателей нынешней жестокой обстановки оправданий куда меньше, чем у Дзержинского. Для него революция была средством создания нового, благородного и стройного, мира.

Правда, по Достоевскому, вся гармония мира не стоит одной слезинки одного ребёнка. Но тогда и подавно не стоит этой слезинки — а тем более океана слёз, неизбежного при нынешнем массовом беспризорничестве и детской наркомании — цель не столь возвышенная, вроде демократии в стране.

Да и что это за демократия, если из неё вычёркиваются — и физически, и политически — миллионы?

Имена на карте столицы

Несколько лет назад в одном из телесюжетов небезызвестная Ксения Собчак сообщила, что её раздражают названия московских улиц. Особое негодование так называемой «светской львицы» вызвали тогда Кривоколенный переулок и Сивцев Вражек. Она сообщила, что эти наименования её буквально «бесят», и бурно возмущалась: кем нужно быть, чтобы вообще назвать улицу «Вражек»?

По счастью, ни одно официально зарегистрированное СМИ не потрудилось растиражировать это мнение, оскорбительное для многих поколений москвичей. Сперва я подумал даже, что это некий заказ: «Уж если она принялась рассуждать о московских странностях на всю Россию, то, скорее всего, в ближайшее время ещё не раз сообщит, чем ей не нравится столица». Хотя в её родном Питере странностей, вроде левосторонней нумерации улиц или нумерации квартир в многолестничном доме по горизонтали, куда больше…

Но потом я отмёл эту мысль о преднамеренности. Скорее всего, её, как и многих в этом поколении россиян, подвели длинный язык и весьма скромный по производительности в сравнении с ним мозг. Недоумение Собчак было искренним. И Ксении Анатольевне, прежде чем возмущаться обычаями старинного города, куда её никто не тащил, следовало бы с ними познакомиться. Этот переулок связан с именами Льва Толстого, Аксакова, семьи Тучковых, да взять хотя бы ещё капельмейстера Василия Агапкина, создателя марша «Прощание славянки». Дочь профессора, уважаемого юриста и первого постсоветского мэра северной столицы — не должна позорить имени покойного отца своим невежеством.

А уж о том, что пугающее её слово «вражек» означает не врага, а овражек, то есть маленький овраг, можно узнать ещё в школе. В самой обычной средней школе.

У Валерия Александровича Миляева, барда, автора песни «Вот идёт по свету человек-чудак…» и многих других, нашёл вот такую сатиру на бытующие взгляды:

В Москве есть переулок Сивцев Вражек,Он длинный, узкий, малость кривоват.А где он расположен — каждый скажет —Недалеко от улицы Арбат.Он до сих пор не переименован,И я скажу ответственно, что — зря,Поскольку, между нами говоря,Названье это несколько хреново.Мне кажется, что Вражек — не овраг,Оврагов нет поблизости Арбата.Я думаю, что Вражек — малый враг.С большими мы разделались когда-то,А малых, сивцевых, не выведем никак.Сменить бы имя, коль нельзя из автомата.

Да уж, издержки наступившей либеральной демократии. Из автомата нельзя. Зато коверкая речь и уничтожая историческую память, можно убить медленнее, но в гораздо большем масштабе. Убить народ.

Но вернёмся к ландшафту. Овражек наш в давние времена прорыл мелкий, но бурный ручей. Его назвали Сивец или Сивка — то есть «сивый», седой — за то, что его воду то и дело покрывала густая белая пена. При императрице Екатерине Великой Сивец убрали в трубу, чтобы не подмывал окрестные дома и не мешал движению.

…Впрочем, безудержные переименования — бич столицы. Красные пришли — так переименовали. Белые пришли — эдак переименовали. Помните анекдот:

«Получил Вовочка двойку по литературе, пришел домой и жалуется матери:

— Стала нас Марья Ивановна спрашивать, какие есть великие русские писатели. Анечка говорит: «Пушкин!» Мишенька говорит: «Чехов!»

— А ты что же, Вовочка?

— Вот и я не понимаю, чем ей старик Тверской не угодил».

В июле тысяча девятьсот семьдесят девятого года в центре Москвы открыта новая станция метро «Горьковская», запланированная к постройке ещё в середине тридцатых. Вместе с соседней «Пушкинской» и «Чеховской» этот «писательский» узел гармонично смотрелся на карте метрополитена. Но в пылу борьбы за историческую справедливость в ноябре девяностого года Горьковскую переименовали в Тверскую. «Чем провинился старик Тверской?» Участием в пропаганде строительства Беломоро-Балтийского канала и пособничестве замыслам «отца народов»?