Санкт-Петербург. Полная история города

К сожалению, нынешняя геополитическая ситуация не располагает к обретению Петербургом столичного статуса. Изначально решение о строительстве новой столицы на краю империи было… хм… не очень-то обоснованным с географической точки зрения. Но в оправдание такого решения Петра Великого можно было привести два довода. Во-первых, основание столицы на полученных от шведов землях имело весьма духоподъемный смысл – «отсель грозить мы будем шведу, здесь будет город заложен назло надменному соседу» (хотя, вообще-то, закладывался он назло надменной Москве, которую Петру было за что ненавидеть). Во-вторых, основание Петербурга стало заявкой на дальнейшую экспансию в северо-западном направлении, которая выражалась в присоединении Финляндии и Прибалтики. При другом стечении обстоятельств, возможно, дело дошло бы и до всей Скандинавии, но история (то ли к сожалению, то ли на радость) не имеет сослагательного наклонения. Однако в 1917 году северо-западные владения Российской империи были утрачены в рамках права наций на самоопределение, предоставленного всем народам империи большевиками (на деле предполагалось, что «самоопределившиеся» окраины удастся присоединить к Советской России на основах интернационализма и всемирного братства трудящихся, но с Финляндией и прибалтийскими странами этого не произошло). В современной ситуации, когда Эстония, Литва и Латвия являются членами НАТО, а Швеция и Финляндия готовятся присоединиться к этому военно-политическому блоку, перенос столицы в Санкт-Петербург вряд ли возможен. Да и надо ли утруждаться? Современный Петербург настолько самодостаточный город, что столичный статус, по сути, ничего ему не придаст, разве что пробок на улицах станет больше.

Молодёжь у Казанского собора. 1992 год

А теперь о культурной столице.

Первое. В Санкт-Петербурге сосредоточена значительная часть культурного наследия Российской империи. Многое, к сожалению, утрачено, но многое, на радость всем нам, сохранилось. Петербург ценен не только своими музеями, но и, буквально, каждым зданием, находящемся в его исторической части. Ткните наугад пальцем – и вы попадете туда, где бывала, проживала, училась или работала какая-нибудь знаменитость, или же произошло какое-то историческое событие. Насыщенность историей здесь невероятная, в этом смысле Петербург похож на кочан капусты (да простят петербуржцы автору столь прозаическое сравнение) – снимаешь один исторический слой, а под ним оказывается другой, и так без конца. В доме 49 по Невскому проспекту, где в шестидесятых – восьмидесятых годах прошлого века находилось культовое кафе «Сайгон», прежде находилась гостиница «Москва», в которой останавливался Антон Павлович Чехов… Перепланировку гостиницы осуществил архитектор Павел Сюзор, о котором упоминал Иван Сергеевич Тургенев: «Граф Сюзор читал нам, северным варварам, лекции о французской литературе, о том, какие у французов были умные люди, приятно писали и как все другие нации им подражали и должны подражать… Уменье разговаривать – отличительное качество французов; но оригинально и грациозно разговаривать и у них умеют немногие… Монологи держать гораздо легче, особенно если в вашем распоряжении находится довольно большое количество дешёвого энтузиазма и если добродушные слушатели расположены внимать вашим разглагольствованиям»… А перепланировку Сюзору заказал купец Абрам Михайлович Ушаков, основавший Ушаковское земское училище и бесплатную больницу для бедных… В честь него была названа улица на Нарвской заставе, в декабре 1952 года переименованная в улицу Зои Космодемьянской… А ещё раньше здесь жили Николай Алексеевич Некрасов и Михаил Иванович Глинка… А в начале XIX века этим домом владела княгиня Варвара Александровна Шаховская, урожденная баронесса Строганова, жена сподвижника Александра Васильевича Суворова князя Бориса Григорьевича Шаховского…

Рокеры в конце 1990-х годов

Второе. Петербургской интеллигенции или, если хотите, петербургским интеллектуалам, удалось создать миф об «интеллигентном городе». В отличие от мифа о «Бандитском Петербурге», этот миф пустил корни и со временем стал реальностью. Петербуржцы гордятся своей духовностью, а то, чем человек гордится, постепенно становится частью его сущности. «Благородство здесь так же обычно, как нездоровый цвет лица, долги и вечная самоирония», – сказал о Ленинграде Сергей Довлатов. Речь не о том, что петербуржцы культурнее москвичей или, скажем, нижегородцев. Речь об особой атмосфере, о том особенном флёре, который окутывает Петербург. Словами это не передать – нужно приехать и прочувствовать. «Чего ловить в Петербурге – не очень понятно. Это не скажешь словами. Это либо чувствуешь всей кожей, либо никогда не объяснишь, о чём речь», – утверждает петербуржец Илья Стогoв.

М. И. Глинка. Литография. XIX в

А. Мюнстер. Потрет Николая Некрасова. 1864–1969 годы