Санкционный смотритель

Ничего не ответил на это государственный человек, «почтовой станции диктатор». Ответила дежурная сорока-вещунья: «Наша стратегия - новые экономические санкции против России, которые будут равнозначны ядерному удару».

Мэттью Ли саркастически усмехнулся и развел руками: «Нет пророка в его отечестве, нет пророка, но вещунья о судьбах мира - есть сорока! На хвосте от щедрот Вашингтона - новостей принесет с три короба, с три Сорбонны. Все, поведает бело-черная» - смех и горе. А трибуна ее почетная - на заборе...»

Комментарий к несущественному

Над Новороссией гуляют черные тучи тотальной государственной лжи, порожденные санкционными циклонами двух континентов. Из-за туч слышится голос мученика познания, начитавшегося Достоевского: «Не только войны нужны, чтобы Европа освободилась от этой величайшей опасности - России, необходимы внутренние перевороты, раздробление государства на мелкие части и прежде всего введение парламентского тупоумия с присовокуплением сюда обязательства для каждого читать за завтраком свою газету».

Это Ницше. 130 лет назад. А это Достоевский, примерно тогда же. Судя по сегодняшнему дню, он имел в виду Украину: «Свобода, свободный ум и наука заведут их в такие дебри и поставят пред такими чудами и неразрешимыми тайнами, что одни из них, непокорные и свирепые, истребят себя самих, другие, непокорные, но малосильные, истребят друг друга, а третьи, оставшиеся, слабосильные и несчастные, приползут к ногам нашим и возопиют к нам: «Да, вы были правы, вы одни владели тайной... спасите нас от себя самих».

А так говорил Заратустра о России: «Величайшей и удивительнейшей силы достигает воля в том огромном, срединном государстве, где как бы начинается отлив Европы в Азию. Там сила воли откладывается и накопляется с давних пор и грозно ждет того, чтобы освободиться... Человеческое общество - это всего лишь жалкая попытка, а воля срединного государства будущего, ищет повелевающего, которого нет и не может быть среди людей половинчатых. Туда стремится корабль нашей воли, где страна детей наших...»

Так говорил Заратустра. Имеющие уши - да слышали.

5-7 сентября 2014 года

Глава девяносто восьмая

Абсурд, замешанный на тотальной лжи, не может служить великой национальной мечтой. Он лишь приводит к тому, что на месте сияющих небоскребов образуются зияющие котлованы, ниже которых только грязная подземка сабвея, хрипящего больными бронхами Бронкса.

Полеты во сне на Луну - не самая большая ложь Америки. Провал геополитических планов на Украине - не главная ее беда. А переодетый президентом темнокожий баскетболист, воображающий себя мессией и освободителем народов - не самый последний безумец в стране похудевшего бакса.

Отчаянный сигнал бедствия был подан непоколебимым прежде глашатаем американского оптимизма, бывшим директором МВФ Аланом Гринспеном: «Будет ли катастрофа? Да! Можем ли мы что-либо сделать? Нет!»

Когда же его спросили, кто главный виновник грядущего крушения американской мечты, он ответил уклончиво: «Глядя на нашего президента, трудно понять, что в свое время сделал его отец - родил сына или посадил дерево».

Если не уточнять, что Гринспен имел в виду Джорджа Буша, то ни у кого не возникнет сомнений: речь идет о Бараке Обаме. Что до его «санкционного смотрителя», то именно Джону Керри предстоит отвечать жаждущим крови республиканцам на вопросы, связанные со сбитым 17 июля над Донбассом малазийским «Боингом», который, как постепенно выясняется, являлся тем самым лайнером компании «Малазийские авиалинии», таинственно пропавшим в Юго-Восточной Азии в марте этого года.

Госсекретарь США со всех трибун обвинял в этой трагедии Россию и поддерживаемых ею ополченцев Новороссии, прекрасно зная, что мартовский «Боинг» не пропал в океане, а был угнан и укрыт до времени на американской военной базе на острове Диего-Гарсиа с тем, чтобы использовать его для провокации против России во время проведения в Крыму референдума.

Подходящего момента не случилось, и провокация состоялась лишь три с половиной месяца спустя. Мартовские жертвы ждали своей второй смерти и уже успели «состариться», отличаясь синюшным цветом тел, лишенных одежды, и жутким запахом разложения, не могущим возникнуть в первые часы после падения.

Главный просчет организаторов чудовищной провокации состоял в том, что обреченный «Боинг» не дотянул до российской территории каких-то 50 километров. Поторопились пилоты штурмовика, ударив раньше времени ракетой «воздух-воздух». Поторопился и технический персонал, готовивший «Боинг» к вылету из Амстердама -не обратили внимания на заглушку иллюминатора по левому борту, точно такую же, как и на «Боинге», исчезнувшем в марте посреди Индийского океана.

Когда стали обнаруживаться дикие несуразности версии о причастности России к гибели гражданского лайнера, украинской армии приказано было уничтожить артиллерийским огнем все фрагменты «Боинга», не допуская экспертов на место катастрофы.