Секрет нашего успеха. Как культура движет эволюцией человека, одомашнивает наш вид и делает нас умнее

В частности, несколько недавних экспериментальных исследований показали, что синхронное пение и/или движение углубляет чувство сопричастности, способствует доверию и побуждает к сотрудничеству в группе. В ходе одного эксперимента студентов американского университета разбили на четыре группы. Все группы слушали в наушниках гимн Канады и могли прочесть текст, но при этом группам предложили разные задания, иногда с участием чашек. Контрольная группа просто слушала, приподняв чашку над столом. В группе “синхронного пения” участников просили подпевать гимну, что вынудило их петь хором. В группе “синхронного пения и движения” участники и пели хором, и двигали чашками в такт музыке, то есть синхронно друг с другом. Наконец, в группе “асинхронного пения и движения” делали то же самое, что и в группе “синхронного пения и движения”, но музыка в наушниках начиналась в разное время, поэтому участники двигались асинхронно⁴¹.

После этого упражнения испытуемые участвовали в проекте, где можно было вкладывать деньги в совместное предприятие. Чем больше денег участники группы в сумме вкладывали в совместное предприятие, тем больше выигрывал каждый. Однако, поскольку в конце все деньги делились поровну, можно было получить прибыль, не вкладывая деньги в проект и, в сущности, даром воспользовавшись чужими инвестициями. Результаты показали, что синхронность – причем и одновременное пение и движение, и просто хоровое пение – способствует большему стремлению к сотрудничеству и более крупным вкладам, что приводит к большей денежной выгоде для всей группы. Параллельные результаты получены даже для четырехлетних детей, у которых совместное музицирование способствовало просоциальности⁴².

Однако, пожалуй, еще более мощные и стойкие социальные связи возникают между теми, кто вместе пережил что-то ужасное. Подобный опыт разными способами искусственно создавался во время обрядов мужской инициации в разных сообществах по всему земному шару и на протяжении всей истории человечества, и мы наблюдаем это во многих сообществах охотников-собирателей. Например, у центральноавстралийского народа аранда инициация – посвящение в мужчины – состояла из четырех основных обрядов, проводившихся в то или иное время на протяжении примерно 15 лет, в возрасте с 10 до 25 лет. Первые три обряда проводились в местной общине и состояли, среди прочего, в том, что инициируемого бросали в воздух, похищали ночью, завязывали ему глаза, кусали, на него наваливалась группа мужчин, ему запрещали разговаривать и заставляли терпеть другие лишения, а кроме того, учили традициям племени через последовательность устрашающих танцев и песенных нарративов, которые исполнялись мужчинами в костюмах и раскраске, делающих их непохожими на людей. В частности, кульминацией второго обряда, проводившегося сразу после начала пубертата, было ритуальное обрезание: крайнюю плоть подростка отсекали каменным ножом. Затем, вскоре после того, как рана заживала, проходил третий обряд, завершавшийся ритуальной субинцизией: пенисы мальчиков надрезались снизу вдоль, а потом разрез раздвигали и расширяли наподобие булочки для хот-дога.

Последний обряд инициации проводился, когда молодым мужчинам было уже за двадцать, и для него их собирали со всего племени. По всем охотничьим отрядам и даже в соседние группы рассылали официальные приглашения собраться в определенном месте для ритуала длительностью в несколько месяцев, с песнями и танцами в исполнении собравшихся охотничьих групп. Считалось, что отказываться от приглашения нельзя – карой будет болезнь. Инициируемые, оказавшись вместе в изоляции от всех остальных, часто вынужденные соблюдать обет молчания в течение нескольких месяцев, проходили длинную череду ночных церемоний, танцевальных представлений и священных нарративов. На финальном этапе обряда инициируемые должны были несколько раз лечь на тлеющие угли, прикрытые только слоем листьев, и выдержать какое-то время, задыхаясь от дыма, пока им не скажут, что можно вставать (обычно – четыре-пять минут). И лишь после такого испытания огнем молодые люди могли считаться полноценными мужчинами, членами племени⁴³.

Чтобы вы не думали, будто эти юноши воспринимали обряды спокойно и не боялись, стоит отметить, что подростки и молодые люди, понимая, что инициация приближается, сплошь и рядом сбегали в далекие группы, еще не перенявшие эту практику⁴⁴. Тем не менее пожилые аранда объясняли, что обряд “вселяет храбрость и мудрость” и “делает мужчину добросердечнее и отбивает у него охоту ссориться”⁴⁵. К распространению этих обрядов в Австралии мы вернемся в главе 10.