Секс в Средневековье

Эта книга появилась на свет исключительно благодаря массе опубликованных за последние сорок лет превосходных исследований, касающихся различных аспектов сексуальности в Средние века. Некоторые медиевисты порицают эту тенденцию: они считают, что если мы сосредотачиваем свое внимание на сексуальности, это скорее отражает современные воззрения, а не средневековые, а также что такие исследования искажают средневековую культуру и потакают любви широкой общественности к сенсациям, а также ко всему гротескному и маргинальному. Сосредотачиваясь на теме секса, мы творим Средние века по своему образу и подобию. В сущности, такие исследователи утверждают, что сексуальность не должна стоять в центре нашего понимания европейского Средневековья. Отчасти такая критика призвана защитить идеализированный образ Средневековья, где все люди вели благочестивую жизнь под крылом мудрой Церкви. Однако такой акцент на сексуальности критикуют в том числе и авторы важнейших современных работ о Средних веках – чуткие и вдумчивые истолкователи средневековых текстов, для которых чрезвычайно важно достоверно изображать различия между людьми Средневековья и нашими современниками, – не с тем, чтобы их идеализировать, но с тем, чтобы продемонстрировать богатство ушедшей эпохи.

В современных исследованиях Средние века уже не описываются как эпоха, озабоченная исключительно духовными вопросами, а не плотской жизнью, – или как культура, где люди настолько сильно от нас отличались, что телесное для них стало неважным. Часть таких исследований полностью отошла от духовных вопросов и сосредоточилась исключительно на материальных условиях повседневной средневековой жизни, прямо или косвенно занижая роль религиозных верований для обычного жителя средневековой Европы. Но мы не должны отрицать важность духовной жизни, чтобы признать важность материальной. Сейчас совершенно очевидно, что духовное и материальное были тесно связаны (что можно увидеть в телесном воплощении Христа, чья более чем материальная и кровавая смерть стала предметом поклонения в период позднего Средневековья) и что тело ни в коем случае не было незначительным для судьбы души. Тело скорее было реальностью, с которой должны были считаться все люди Средневековья, включая тех, кто выбрал духовную жизнь и удалился от мира: они могли считаться со своими физиологическими нуждами и тем, как они влияют на спасение, или же они могли рассматривать тело как творение Божье. Но возникает вопрос: какие аспекты материального тела были важнее всего для понимания средневековыми людьми самих себя и своих отношений с миром и Богом?

Кэролайн Байнум – самый влиятельный и новаторский историк средневековой телесности – утверждает, что хотя сегодня мы думаем о телесном в первую очередь с точки зрения секса, для людей Средневековья первостепенное значение имели другие вопросы. В частности, она затронула две темы – еду и статус тела после смерти, – которыми было одержимо средневековое общество. Сегодня представители западного среднего класса смогли сосредоточиться на удовольствиях только благодаря тому, что наши базовые нужды по большей части удовлетворены. Как Байнум писала в своей знаменитой работе Holy Feast and Holy Fast: The Religious Significance of Food to Medieval Women («Церковный праздник и церковный пост: религиозное значение пищи для средневековых женщин»), в Средние века это было не так: еда для них могла иметь намного большее символическое значение, чем для нас – именно из-за того, что ее наличие не всегда можно было гарантировать, а добыча и приготовление еды требовали серьезных усилий. Для людей Средневековья потребность в пище была намного важнее, нежели сексуальные потребности, и пост был намного важнее, нежели отказ от половой жизни: пост требовал от них истинный контроль над телом – в особенности от монахов. Ключевой ритуал в христианстве связан с приобщением к телу Христа – не через секс, но через поглощение частички его тела. Законы ритуальной чистоты в иудаизме и исламе во многом были связаны с тем, что можно, а что нельзя есть.