Секс в Средневековье

В средневековой литературе можно встретить массу женщин, которые не подчиняются мужьям и пререкаются с ними. В проповедях можно встретить множество exempla о непослушных, сварливых женах. Такие exempla были основаны на расхожих мизогинистских стереотипах и, очевидно, должны были научить женщин вести себя должным образом. Например, одна женщина вечно спорила со своим мужем и не слушалась его. Тогда он поставил на берегу реки стол и предложил ей сесть поближе к столу, но, чтобы позлить его, она отодвинулась дальше от стола и упала в реку. Тогда ее муж побежал вверх по течению, чтобы вытащить ее из воды. Когда его друзья сказали ему, что искать ее нужно ниже по течению, он ответил: «Вы разве не знаете, что моя жена всегда все делает не как нужно, а наоборот? Я считаю, что она поплывет против течения, а не по течению, как все остальные»[90]. Этот рассказ предупреждает: если женщина попадет в неприятности из-за своего непослушания, ей не стоит рассчитывать на помощь.

С другой стороны, в этом жанре также встречаются истории о женах, которые мудрее своих мужей. В одном таком рассказе жена бранит своего пьяного мужа, а он отвечает, что в своем доме будет делать что хочет. Позже он падает в огонь, но она не дает никому его спасти со словами, что она должна позволить ему делать то, что он хочет[91]. Мужчина, разумеется, сгорел заживо. Мы могли бы подумать, что эта история должна была служить примером жестокости женщин или примером того, как женщина, с которой плохо обращались, может отомстить своему мужу – однако Джон Бромьярд в своей книге для священников извлекает из этой истории иную мораль, которая представляет героиню в более привлекательном свете. Женщина в этой истории символизирует Бога, ее муж – человека: если человек настаивает на том, что он здесь хозяин и будет поступать так, как хочет, Бог не спасет его из огня, но даст ему свободу погубить себя. Те, кто слышал такую интерпретацию истории, могли принять идею о том, что муж, который плохо обращается с женой, позднее получит по заслугам, или что сварливая жена может на самом деле заботится об интересах мужа.

В средневековой литературе можно встретить массу непослушных, непокорных жен – в пример можно привести батскую ткачиху Чосера и некоторых женщин из французских фаблио. Сложно делать какие-либо выводы о средневековом отношении к неподчинению женщин на основании таких литературных сюжетов. Если женщина в рассказе перехитрила своего мужа, современная феминистская критика превозносит такой текст как подрывающий средневековые ценности, но возможно, средневековым людям этот текст рассказывал не о том, что женщины умнее мужчин, а о том, что крестьяне настолько глупы, что даже женщины могут их перехитрить. Батская ткачиха может показаться нам положительным примером, но средневековые читатели могли придерживаться иного прочтения. Самый разумный вывод, который можно сделать из описания супружеских пар в литературе, состоит в том, что и средневековые читатели наверняка замечали эту двусмысленность. Как сегодня одни критики видят в истории батской ткачихи положительный образ сильной женщины, а другие – мизогинистскую нападку на женщин, так и средневековые читатели могли интерпретировать текст и так, и так. Женщины могли ценить сильных женских персонажей в литературе, тогда как мужчины им ужасались и были рады, когда таких персонажей настигала кара (а это происходило очень часто).

Те выводы, к которым мы приходим, читая художественную литературу со всеми ее двусмысленностями, поддерживают и другие источники – агиографическая литература, дошедшие до нас письма и хроники, в которых описывается жизнь аристократов. Мужчины, безусловно, занимали господствующее положение в браке, однако несмотря на юридически установленное главенство мужа, средневековое общество не хотело, чтобы женщина была тряпкой, и не ждало этого. Отношения партнеров в браке чаще всего не были равными, но они и не походили на отношения между господином и рабыней. Мы должны помнить о природе этих отношений, когда мы говорим о сексе между супругами в Средние века. Муж был главным, и жена должна была ему подчиняться, но общество ожидало, что он не будет выдвигать неразумные или унизительные требования и что он не будет игнорировать ее нужды.