Сексуальные преступления как объект криминологии

Выделение в отдельный состав преступления в отношении несовершеннолетних и малолетних, что может быть основано на разделении непосредственного объекта преступного посягательства. Нарушение здоровья в отношении взрослых лиц, вовлеченных в занятие проституцией или принуждаемых к продолжению, выступает факультативным признаком и при его нарушении может быть квалифицировано по совокупности преступлений в зависимости от формы его нарушений. Нарушение здоровья несовершеннолетнего, вовлеченного в занятие проституцией, входит в непосредственный объект преступления, например нарушение психосексуального развития и, соответственно, вред психическому здоровью, и поэтому участие несовершеннолетних следует рассматривать не как особо квалифицированный состав. Оно должно образовывать самостоятельный состав преступления.

2. По аналогии с зарубежными законодательствами ввести уголовно-правовое ограничение занятием проституции в определенных местах и в определенное время суток, используя критерий «приватности».

3. Разработка и внедрение государственных программ по борьбе с сексуальным насилием и эксплуатацией.

4. Приведение отечественного УК в соответствие с международно-правовыми стандартами в области охраны граждан от сексуальной эксплуатации.

5. В ч. 3 ст. 240 УК рассматривать особо квалифицированным составом использование для вовлечения в занятие проституцией наркотических и психотропных средств.

6. Ввести отдельным квалифицированным составом преступления, предусмотренные в ч. 2 ст. 240 УК (использование сложных жизненных обстоятельств потерпевшего).

Глава 7Системность и специфика профилактики сексуальных преступлений

«Имея дело с иллюзорным миром, все великие культуры стремились контролировать иллюзию посредством иллюзии, так сказать зло посредством зла. Мы единственные, кто претендует взять под контроль иллюзорное с помощью истины, что является самой фантастической из иллюзий».

Жан Бодрийяр

7.1. Стратегии и тактика общесоциальной профилактики сексуальных преступлений

Профилактическая деятельность в отношении преступности основывается, прежде всего, на криминологических исследованиях и выступает в нескольких взаимосвязанных аспектах:

1) как средство социального регулирования наиболее значимых общественных отношений;

2) комплекс мер правового, воспитательного, медицинского характера;

3) система различных уровней предупреждения, превенции преступности, лежащая в основе деятельности различных субъектов. В зависимости от иерархии причин и условий преступности выделяют три основных уровня ее предупреждения: общесоциальный, специально-криминологический и индивидуальный.[673]

Соотношение представленных уровней можно рассматривать с позиции диалектической философии как категории общего, особенного и частного. Социальный уровень, или общая профилактика, представляет собой деятельность государства и социальных институтов, направленную на разрешение противоречий в обществе, формирование морально-нравственных идеалов общества, сохранение ценностных ориентаций личности, ликвидацию социальных пороков. Данная деятельность осуществляется различными органами государственной власти, общественными объединениями, фондами, организациями. При этом профилактика преступности не является их специфической или профессиональной функцией.

Социальная профилактика должна рассматриваться как стратегические направления борьбы с преступностью в целом, «достижение подлинной социальной справедливости в области распределения материальных и духовных благ среди всех членов общества, ликвидация всех форм эксплуатации и социального и экономического угнетения и неравенства».[674] Также и тактические мероприятия должны быть непосредственно направлены на устранение факторов риска определенных видов преступного поведения.

Разделение профилактических мероприятий на стратегические и тактические оправданно в силу нескольких обстоятельств. А. И. Долгова определяет стратегию как искусство борьбы с преступностью не только в целом, но и с отдельными ее видами, с учетом их места в общей системе преступности.[675] Термин «стратегия», по мнению В. Н. Кудрявцева, является более содержательным, по сравнению с терминами «борьба» или «контроль преступности», так как он предполагает наличие общей концепции, определение не только ближайших, но и отдаленных целей и способов их достижения, т. е. их системный характер.[676] В рамках диалектической противоположности стратегии используется понятие «тактика» как форма конкретизации стратегии в определенных условиях места и времени.