Серебряный век. Жизнь и любовь русских поэтов и писателей

После Февральской и Октябрьской революции супруги испытали многое, как почти все в то бурное и грозное время. Блок вначале приветствовал Октябрьскую революцию как стихию обновления, но потом испытал разочарование в ней. Он умер в 1921 году от болезни сердца, словно оно уже измучилось от неподъемной тяжести быта и бытия.

Любовь Дмитриевна пережила мужа на восемнадцать лет: она занималась изучением балетного искусства, написала книгу «Классический танец: История и современность», ставшую классикой балетоведения. А также воспоминания «И быль, и небылицы о Блоке и о себе».

В своих мемуарах – честных и откровенных – она пыталась дать ответ на вопросы, что связывало ее с мужем и что было все-таки главным в их отношениях. И писала она об этом – так:

«Трепетная нежность наших отношений никак не укладывалась в обыденные, человеческие: брат – сестра, отец – дочь… Нет!.. Больнее, нежнее, невозможней… И у нас сразу же, с первого года нашей общей жизни, началась какая-то игра, мы для наших чувств нашли «маски», окружили себя выдуманными, но совсем живыми для нас существами, наш язык стал совсем условный. Так что «конкретно» сказать совсем невозможно, это совершенно воспринимаемое для третьего человека; как отдаленное отражение этого мира в стихах – и все твари лесные, и все детское, и крабы, и осел в «Соловьином саду». И потому, что бы ни случилось с нами, как бы ни теряла жизнь, – у нас всегда был выход в этот мир, где мы были незыблемо неразлучны, верны и чисты. В нем нам всегда было легко и надежно, если мы даже и плакали порой о земных наших бедах».

Так на склоне лет, когда уже все бури и грозы остались позади и была близка «лучезарность» иных сфер – Любовь Дмитриевна Менделеева-Блок сказала правду о том мире, в котором им с мужем дано было побывать при жизни – мире идеальной верности и чистоты, куда третьим лицам вход был заповедан. Этот мир был создан только для них – Прекрасной Дамы и ее Рыцаря.

«Приди же, моя королевна, – моя королевна, ко мне!»Андрей Белый и Ася Тургенева

При проводах Аси Тургеневой, отъезжающей вместе со своим женихом Андреем Белым в Европу, Марина Цветаева написала пророческое стихотворение:

Хоть в вагоне темном и неловко,Хорошо под шум колес уснуть!Добрый путь, Жемчужная Головка,Добрый путь!Никому – с участьем или гневно —Не позволь в былое заглянуть.Добрый путь, погибшая царевна,Добрый путь!

Жемчужная головка – намек на сказку Сергея Соловьева, в которой Ася была прототипом главной героини, названной именно так. А что касается «погибшей царевны», то здесь, скорее, метафора наоборот. Это он, Андрей Белый – в какой-то степени – стал «погибшим», не выдержав ни жизни с Асей, ни их расставания.

Роман двух людей – талантливых, одаренных – мог быть поддержкой и вдохновением друг для друга. Но, к сожалению, он обернулся слишком мучительным и трагичным. По крайней мере для одного из участников этого союза – Андрея Белого.

Ася Тургенева была его музой и одновременно болью и страданием. Помнил он ее долго. Делил жизнь на «с Асей» и «без Аси». После расставания писал письма и, наверное, в глубине души надеялся на возвращение любимой.

Знаменитый поэт Серебряного века Андрей Белый (настоящее имя Борис Николаевич Бугаев) до встречи с Асей Тургеневой, свой будущей женой, уже побывал в сложных и болезненных отношениях и с поэтессой Ниной Петровской, женщиной экзальтированного типа (дело дошло даже до выстрела в Белого) и Любовью Менделеевой, женой его лучшего друга Александра Блока. Но еще раньше он испытал влюбленность в Маргариту Кирилловну Морозову, которую встретил на симфоническом концерте в 1901 г. Он пережил мистическое чувство, писал ей письма, подписываясь «Ваш рыцарь».

После всех этих перипетий Белому хотелось той тишины и чистоты, которая могла бы вылечить его нервы и привнести душевный покой.

И знакомство с Асей случилось в тот момент очень кстати.