Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

6 апреля Орджоникидзе телеграфировал Ленину: «Настоятельно необходимо оказать им помощь как финансовую, так и строительными материалами… посланные в мое распоряжение два миллиона аршин мануфактуры предполагаю распределить между детьми горцев, которые ходят буквально в рубище»[223]. Также Орджоникидзе вновь поднял вопрос о земельных изменениях в пользу ингушского населения, то есть выполнял свои обещания 1918 года. 7 апреля председатель Владикавказского ревкома В. М. Квиркелия со ссылкой на постановление III областного съезда Терской области 1918 года и предписание председателя Северо-Кавказского ревкома Орджоникидзе обозначил начало переселения станиц Терская, Аки-Юртовская и Сунженская в Пятигорский отдел на свободные земельные участки, расположенные в районе Минеральных Вод по рекам Кума и Подкумок[224].

В ответ на сообщение от 6 апреля председателя Северо-Кавказского ревкома Г. К. Орджоникидзе с просьбой оказать денежную помощь горскому населению Северного Кавказа, пострадавшему от деникинской контрреволюции, советским правительством 21 апреля 1920 года была первоначально выделена сумма в 200 миллионов рублей[225]. Также был одобрен план территориальных изменений.

Между тем 8 апреля решением Политбюро ЦК РКП(б) организуется Кавбюро ЦК РКП(б), в состав которого входит Орджоникидзе. Одной из его задач была предстоящая советизация Закавказья. 23 апреля Орджоникидзе отправил телеграмму наркому иностранных дел РСФСР Г. В. Чичерину, в которой не исключал возможность бескровного вхождения красных частей в Баку и объявления его советским[226]. 26 апреля войска Красной армии перешли советско-азербайджанскую границу. Орджоникидзе в этот период находился в Пятигорске, здесь 27 апреля он и Киров выступили на Терском областном казачьем совещании[227]. 28 апреля части 11-й армии вошли в Баку. Вскоре Орджоникидзе вместе с Кировым и командующим 11-й армии М. К. Левандовским прибыли в город. Здесь, с непродолжительными перерывами, Серго преимущественно будет находиться по конец февраля 1921 года[228].

Члены штаба и Революционного военного совета 11-й армии на вокзале у бронепоезда после освобождения Баку частями 11-й армии. В 1-м ряду слева направо: 2 — член РВС 11-й армии С. М. Киров, 3 — командир бронепоезда И. М. Курдюмов, 4 — член РВС Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе, 5 — начальник боевого ж/д участка М. П. Ефремов, 6 — командующий 11-й армией М. К. Левандовский, 9 — редактор газеты «Красный воин» И. Г. Лазьян, 10 — помощник военного комиссара Н. А. Друганов, 11 — летчик Монастырев, 13 — уполномоченный РВС 11-й армии А. И. Микоян

30 апреля 1920

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Д. 29]

Очевидно, что в этот период Орджоникидзе и Киров рассматривали вариант аналогичных действий и в отношении Грузии, тем более что имелись предпосылки в виде антигрузинских восстаний в Южной Осетии, Абхазии, а также пробольшевистского движения в Кутаисской губернии.

В первом ряду: член Революционного военного совета Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе (2-й справа) и член РВС Туркестанского фронта Ш. З. Элиава (3-й справа).

Во втором ряду: член РВС 11-й армии С. М. Киров (в центре), С. Агамали Оглы (3-й справа), член Военно-революционного комитета Азербайджана Г. М. Мусабеков (4-й справа) приветствуют войска во время Первомайского парада в Баку

1 мая 1920

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Д. 31]