Северная Русь: история сурового края XIII-XVII вв.

Нередко народные отряды не имели профессиональных воевод и были руководимы одними выборными «головами». Например, на Устюжне при отсутствии воеводы и укреплений инициативу в свои руки взяли выборные головы С. Отрепьев, Б. Перский, А. Суворов. Ещё до прибытия воеводы А. П. Ртищева они сумели организовать отряд из 600 чел., выбрать в нём сотских, десятских и пятидесятских. Два штурма города со стороны Литвы, поляков, черкас, татар и воров были героически отбиты. В отписке царю Василию Шуйскому от солигаличан 15 марта 1609 г. говорилось, что у множества пришедших из Устюга, Тотьмы, Соли Вычегодской, Вымской земли, Перми Великой и других мест Поморья «надёжного и крепкого воеводы нет, опричь голов». В марте 1609 г. костромской воевода Вельяминов (сторонник Лжедмитрия II) сообщал Сапеге под Москву о том, что под Ипатьевский монастырь пришли вологодские и поморские мужики – 5 тыс. В период формирования и движения Второго земского ополчения из Вологды в Нижний Новгород и Ярославль направлялись зелье и селитра. В отписке из Вологды в Москву 27 марта 1609 г. от воевод Н. Пушкина, Г. Бороздина, дьяка Р. Воронова, дворян и детей боярских, посадских людей и волостных старост и целовальников, всяких жилецких людей говорилось, что собранных 96 чел. из Выми, Соли Камской и Кайгородка с головой Никитой Волоцким они послали в стоявший на вологодско-костромском рубеже г. Любим.

В апреле 1609 г. вологодские целовальники, посадские люди Максим Ворошилов и Сила Манойлов повезли в Ярославль к Пожарскому «зелейный наряд». В мае 1609 г. в отписке от усольцев к пермичам содержался призыв послать ратных людей на государеву службу в Ярославль или Вологду. В челобитной игумена Адриановой Пошехонской пустыни Вассиана гетману П. Сапеге под Москву рассказывалось о приходе кн. Дм. Ухтомского с вологодскими мужиками и каргопольцами, которые хотели «всех панов поимати да посадити в воду». 15 мая 1609 г. на Вологду пришла похвальная грамота от царя Шуйского (персонально в ней упоминались воевода Н. М. Пушкин и архиепископ Иоасаф), в которой содержалось обещание за верную службу пожаловать всех жителей города и уезда – дать льготы от налогов на многие годы. Царь призывал также и впредь противостоять воровской смуте.

В августе 1609 г. в Вологду прибыла «соболиная сибирская казна», положенная на сохранение, как то было предписано кн. М. В. Скопиным-Шуйским, в Софийском соборе. В отписке об этом в Верхотурье добавлялось, что «с Москвы на Вологду гонцы гоняют почасту и в иные городы». Действительно, Вологда стала местом координации освободительного движения, охватившего не только Поморье, но и часть Сибири. В отписке костромского воеводы Н. Вельяминова начала мая 1609 г. говорилось о приходе в Вологду «многих людей и детей боярских галичан и нижегородцев, сибирских стрельцов и казаков и многих мужиков, а у них воевода Давыд Жеребцов».

В грамоте из Нижнего Новгорода 11 декабря 1611 г. кн. Д. М. Пожарский призывал вологжан «быти с нами в одном совете и от их совету отступным не быти, быти нам всем православным христианам в любви и в соединении и прежнего междуусобства не счинити, и Московское государство от врагов наших от польских и от литовских людей очищати неослабно до смерти своей, и грабежей и налогу православному християнству отнюдь не чинити, и своим произволом на Московское государство государя без совету всей земли не обирати». В течение 1611 г. на Вологду, как и другие города России, приходили патриотические воззвания и церковных иерархов – патриарха Гермогена, руководителей Троице-Сергиева монастыря (архимандрита Дионисия и келаря Авраамия Палицына): «…Смилуйтеся и умилитеся, незакосненно сотворите дело сие, избавления ради крестьянского, ратными людьми и казной помогите, чтобы ныне собранное множество народу хрестьянского войска здеся на Москве скудости ради не разошлося». Переписываемые в Вологде, эти воодушевляющие воззвания уходили дальше – на Двину, Вятку, Пермь Великую, Соль Камскую, Кайгородок.