Северная война, или Блицкриг по-русски

Шведы (адмирал Анкершерна) — по русской оценке 5 линейных кораблей (один — 60 пушек, три — по 54 пушки, один — 48 пушек), 3 фрегата (два — по 36 пушек, один — 28 пушек), 11 кораблей 6-го ранга. Всего до 450 пушек.

15 июня 6 шведских кораблей подошли к заграждению, но встреченные артогнем вернулись обратно. На следующий день часть эскадры Анкершерны вступила в перестрелку, а другие суда попытались высадить на Котлин небольшой десант. Его отбил гарнизон острова. 17 июня шведы вновь атаковали заграждение, однако быстро прекратили бой. 21 июня Анкершерна еще раз начал перестрелку, которая продолжалась несколько часов и закончилась так же, как предыдущие. Противники стояли в видимости друг друга до 2 июля, после чего шведы отошли к Выборгу.

Потери — незначительные с обеих сторон.

В течение лета русские постоянно усиливали укрепления Котлина, подвозя более крупные орудия и возводя новые батареи. Поэтому, когда Анкершерна 25 июля вернулся и попытался высадить десант на северо-западное побережье острова, то и там его уже ожидала заранее подготовленная оборона. Шведам вновь пришлось отступить.

Убедившись, что для захвата Котлина требуются не линкоры и фрегаты, а армейский флот — мелкосидящие галеры, прамы, бомбардирские суда и побольше морской пехоты для десанта, Анкершерна прекратил атаки. Боевые действия фактически завершились.

Тем временем в Петербурге продолжалось строительство Адмиралтейской верфи. Во второй половине года ее сооружало уже около 15 000 человек, согнанных со всей России. Несмотря на атаки Майделя и Анкершерны, работы не прекращались. Петр, находившийся тогда в Митаве, на случай прорыва шведов, 10 сентября послал приказ окружить Адмиралтейство земляным валом, рвом и частоколом с бастионами. К середине ноября укрепление, вооруженное 100 пушками, закончили. К концу года первая очередь верфи со стапелями для сборки небольших кораблей вошла в строй.

В то же время продолжалось строительство кораблей, хотя уже не с той интенсивностью, как в предыдущий год. Тем не менее все лето и осень новые вымпелы вступали в строй. На Олонецкой верфи Геренс сдал флоту самый большой на тот момент русский фрегат — 32-пушечный «Олифант». Там же Шленграф, Корнилисен и Бас завершили работу над второй серией 14-пушечных шняв, названных «Луке», «Фалк», «Снук», «Феникс», «Роза». Олонецкие мастера руководили производственным процессом и в Селицком рядке, где на воду спустили шнявы — 16-пушечные «Адлер», «Бевер», «Флам», 14-пушечные «Крокодил», «Эгель», «Фур» и 14-пушечную тартану (название утеряно). В Сясьском рядке наконец-то достроили заложенный еще в 1702 г. 28-пушечный фрегат «Иван-город»[79].

В ТИСКАХ БЛОКАДЫ

КАМПАНИЯ 1706 г. Район Финского залива по-прежнему оставался второстепенным театром боевых действий. Но поскольку русское командование ожидало новых шведских атак со стороны Выборга, то вокруг главной базы Балтийского флота ускоренными темпами продолжали проводиться фортификационные работы. На Котлине, в самом удобном для вражеского десанта месте, за зиму построили крепость святого Александра Невского — Александршанц: четыре бастиона, вооруженные 40 пушками. По той же причине 14 мая Трезини приступил к капитальной реконструкции Петропавловской крепости. Ее дерево-земляные форты решили заменить каменными стенами.

Для усиления противодесантной обороны Котлина в Адмиралтействе зимой заложили два первых относительно больших корабля — мелкосидящих прама с крупнокалиберной линкоровской артиллерией. Эти 18-пушечные плавучие батареи, названные «Ноев ковчег» и «Скиния завета», спустили на воду в конце весны.

Петр I приехал в Петербург 12 апреля после 17-месячной отлучки. Сразу же вслед за ледоходом он приказал выводить к Кроншлоту зимовавшие в Неве боевые суда. И подняв свой флаг на «Олифанте», отправился во главе флотилии патрулировать ближние подступы к Котлину. Шведская эскадра адмирала Анкершерны, как и прошлой весной, тоже вошла в Финский залив. Но в эту кампанию особой активности не проявляла, ограничиваясь простой блокадой. За три месяца, в течение которых царь находился в Петербурге, ему только один раз доложили, что дозорные суда заметили отряд шведских кораблей, вскоре отошедших обратно вглубь залива.