Северный флот. Единственная правдивая история легендарной группы. Вещание из Судного дня

Александр Леонтьев:

Коллегиально мы такие вопросы не решаем. Что касается творчества (особенно в плане направления) есть музрук, то есть я. Это моя обязанность, не всегда легкая. В данном случае есть цикличность, которая была и в «Короле и Шуте». Доходило до забавного: я помню, что на пятый год моего пребывания в группе мне стало хотеться не того тяжеляка, с которого начинал, а разнообразия.

Может быть, на это повлиял записанный со мной сольник Князя «Любовь негодяя». Мне захотелось экспериментов, поэтому я и подписался на это. В альбоме Князя использовался преимущественно чистый звук и блюзовая гитара. В аналогичном ключе я записал и свои партии для альбома «Короля и Шута» «Продавец кошмаров». Высоких перегрузов там практически нет. Приведу в пример песню «Продавец кошмаров». Она вроде быстрая, но это более классический панк-рок, чем «Мертвый анархист». Сейчас я говорю только о себе, потому что эта цикличность происходит именно внутри меня.

С «ИNОЙ» произошло то же самое. Я никогда специально звук для альбомов не выбираю, просто звучу, как хочется. Просто нравится. Причина то ли в возрасте, то ли просто хочется разнообразия. Но тем не менее захотелось каких-то обертонов, необычных гитарных звуков сравнимых с Oasis или Kasabian. Английский звук немножко не прилизанный. Более гаражный, нежели в поп-панке. Исходя из этого гитарного звука, рождались и песни.

Александр Куликов:

Все получалось очень легко, потому что не высасывалось из пальца. Мы не ориентировались ни на какую музыку, просто результат стал напоминать английскую стилистику. Так получилось само собой. Этой работой я вообще очень доволен. «ИNОЙ» – это некое подытоживание всех прожитых нами музыкальных лет и всего нажитого творческого опыта. Можно сказать, это экзамен для нас самих.

Мы шли-шли, каждый себе складывал в огромный рюкзак какой-то багаж, пришли на полянку, сели, разложили у кого что есть, отобрали самое лучшее и сделали из этого продукт. На данный момент это лучшее, на что мы вообще способны. Это осознанная, зрелая, фирмачевая во всех отношениях работа. Серьезная и зрелая – как и должно быть у профессиональных музыкантов. Я счастлив, что у нас получился такой альбом, и мои друзья, которым я даю его послушать, в один голос говорят, что это просто какая-то феерия звука.