Сезон зловещих грёз

– Я не могу, – сказала я, и магия ясновидения снова начала вопить.

Она остановилась. Стала изучать меня глазами. А затем что-то в ее лице изменилось. Ее взгляд стал жестким. Ее кулаки сжались, щеки вспыхнули. Солнце скрылось за грозовыми облаками. Прекрасный холодный солнечный день закончился.

Вот такого я и ожидала.

Пространство между руками Аннализы заполнили туман и молнии.

– Я пыталась, – сказала она сквозь стиснутые зубы. – Я действительно пыталась. Я хотела все исправить.

– Нет, – выпалила я, отступая. – Ты хотела, чтобы это сделала я.

Кендрик шагнул к ней, и из его пасти вырвалось громовое рычание.

– В любом случае, это все должно закончиться.

Она подняла руки.

Принц Кендрик взвыл и, оскалившись, прыгнул к ней. Я потянулась к своим ножам, на этот раз позволив магии ясновидения направить меня, но сразу поняла, что не смогу сделать это достаточно быстро.

Глаза Аннализы блестели жидким золотом. Она протянула ко мне руки… С тихим, смертоносным шипением стрела Тамсин пронеслась по воздуху и вонзилась в горло королевы Аннализы.

У Тэм всегда был идеальный, смертоносный прицел.

Глава сорок седьмаяАннализа

Мне одновременно и страшно, и нет. Я – боль, я – ветер, колышущий мамино дерево. Я – ясный солнечный свет и свет свечей. Я свободна.

Это сработало, мне казалось, что сработало. Все стихло…

– Аннализа?

Я не открыла глаза, но свечение стало ярче и отчетливее. Я стояла в поле недалеко от Нелла. Была весна, и у моих ног шелестели длинные травы.

Эвра здесь. Кендрик здесь.

– Я умерла? – спросила я, и теплый, мягкий воздух расступился, пропуская мой голос.

Эвра попыталась взять меня за руку, но она не смогла ко мне прикоснуться. Я – воздух и свет. Я – мир.

– Да, – сказала она. – Да.

– Почему ты это сделала? – спросил Кендрик, с болью предательства в глазах.

– Я же сказала тебе, что это была случайность. Я никогда не хотела причинить тебе боль. Я прошу прощения. Прости за все.

Я чувствовала вину, но теперь мне стало спокойно. Ничто не могло причинить мне боль, никто не мог причинить боль мне и маме… может быть, мама тоже была здесь. Я огляделась, но на этом поле, в этом месте перемен, ее не было. Надо было подождать. Я чувствовала, что надо было подождать. Это не… это не то место, где все заканчивается. Не там, где закончусь я. Еще нет. Мама ждала. Я ждала.

– Нет, я не про то, что ты сделала со мной, – сказал Кендрик. – Я про то, что ты сделала с Эврой.

Что я сделала с Эврой? Я подняла голову к небу. В голове был туман. Он не про ее семью, это я уже объяснила… Ох. Я вспомнила.

– А что ты думаешь я сделала?

– Ты убила меня?

Она тоже оглядывалась по сторонам.

Я улыбнулась.

– Я хотела, чтобы ты так думала, чтобы ты сделала то, что должна была. Но нет, я не убивала тебя. Я сделала тебе подарок.

Брови Эвры сошлись на переносице.

– Мне от тебя ничего не нужно.

– Ты хочешь его вернуть, – сказала я, указав на Кендрика. Он выглядел старше, серьезнее. Все дело в месте или он и правда так изменился?

– Когда мы покинем это видение, я снова стану человеком. Так ведь?

Похоже, он боялся надеяться.

Я пожала плечами.

– Думаю, что так.

Когда Берк умер, магическая нить оборвалась. В обратном направлении это тоже должно сработать. Поскольку большинство заклинаний слабы, они быстро исчезают. Но мои – нет. Мои следуют со мной. И вот я ухожу. Все паутины, которые я сплела, теперь оборваны.

– Аннализа… Анна… ты о чем-нибудь жалеешь? – спросила Эвра. Она выглядела грустной, растерянной, противоречивой. Я счастлива была оказаться свободной от всего этого.

– Я сожалею обо всем, не считая тех решений, что приняла в качестве королевы, – сказала я. – Тайн заслуживал лучшего, чем король Олдер, и…

Я с упреком посмотрела на Кендрика.

– И чем ты, Кендрик. Тебе было все равно, ты не хотел этой власти. Ты бы позволил советникам Олдера помыкать и тобой, и всем королевством. Ты бы не сделал ничего полезного.

Его щеки покраснели, и он опустил взгляд.

– Я знаю.

– Может быть, теперь ты сделаешь все по-другому. Может быть, Ясновидящая сможет тебе помочь.

Полевые травы стали светлеть, и я перестала ощущать их легкое прикосновение. Эвра уже выглядела менее отчетливо. Мое ожидание… оно почти закончилось. Там, вдалеке, откуда исходил самый яркий свет, появилась фигура.

Я знала, кто меня ждал. Она ждала меня.

Я бросила на Эвру последний взгляд.

– Поступи с этим подарком лучше, чем поступила я. Он не должен стать проклятием.

Я не стала ждать ее ответа. Это все уже не имело значения. Ничто не имело значения, кроме этой фигуры в конце и начале этого места, в конце и начале меня. Усталость, сожаление, боль прошлого и магия, струящаяся по моим венам, – я оставила все это позади.

Мне была дарована благодать, мне было даровано единственное, чего я хотела, единственное, за что я страдала, единственное, за что боролась, за что жаждала мести.

Мама снова была здесь. Со мной.

Глава сорок восьмаяЭвра

Мою кожу жгло огнем. Видение отпустило меня, но пламя – нет. Я не знала, что это такое, но решила, что оно могло меня убить.