Шпага Суворова

На вокзале он узнал, что поезд только что ушел, а следующий отправится минут через сорок. Досадуя на себя за опоздание, Измайлов сел на скамью под вокзальным навесом и развернул газету. Но читать ему не удалось. Вскоре к нему подсел молодой офицер с умными серыми глазами на юношеском, округлом, привлекательном лице.

Владимир разговорился с офицером и узнал, что тот едет до одной с ним станции.

Лейтенант Павлов, как назвал себя новый знакомый Измайлова, впервые надел офицерскую форму и сиял ярче солнца. Улыбка не сходила с его лица.

Он на днях окончил военное училище, получил звание лейтенанта и собирался навестить своих родных перед отъездом в часть.

У него в руках лежала книга. На обложке выделялась крупная надпись: "Суворов". В книге рассказывалось об итальянском походе полководца.

Юноша оказался большим почитателем Суворова.

- Наш преподаватель военной истории, - сказал он, волнуясь, настоящий поэт. Лекции о Суворове читал так, словно пел гимн русскому оружию. Да и как не любить этого чудо-богатыря! Держать в руках оружие пятьдесят лет! Командовать дивизиями, корпусами, армиями - и не проиграть ни одного сражения, ни одной битвы! "Я баталий не проигрывал!" - говорил Суворов о себе. И это верно. Ни одного проигранного сражения.

Измайлов слушал горячие слова лейтенанта. Очевидно, содержание книги захватило молодого офицера, и он нуждался в том, чтобы поделиться с кем-нибудь своим впечатлением.

Перелистывая книгу, лейтенант продолжал:

- Его жизнь, его подвиги - это образец служения Родине. О нем нельзя вспоминать без волнения. "Докажи на деле, что ты русский", - говорил он своим солдатам, и те понимали его.

На перрон вокзала вошла небольшая воинская команда, вероятно, почетный караул для встречи или проводов кого-либо из гостей.

Впереди шли два горниста, в руках у них сверкали на солнце серебряные трубы.

Лейтенант Павлов встал и с интересом посмотрел на солдат.

Увидев трубы, Измайлов вспомнил об эпизоде, связанном с началом боевой деятельности Суворова.

Когда команда скрылась за вагонами, он спросил своего собеседника:

- Хотите послушать историю из жизни Суворова?

- Конечно, хочу! Расскажите, прошу вас! - быстро отозвался лейтенант.

- Знаете ли вы, что за воинские подвиги не всегда награждались только медалями, орденами или золотым оружием? Лет сто семьдесят, сто восемьдесят тому назад награды бывали самые различные, - сказал с хитроватой улыбкой Измайлов. - Например, за победу под Крупчицами Суворова наградили тремя пушками. За разгром турок под Кинбурном - пером в виде плоской золотой пластинки. Суворов прикрепил его к своей шляпе-треуголке. Оно было украшено большой буквой "К" из алмазов - в честь его смелой до дерзости победы над грозным, многочисленным и опытным врагом.

Однажды Суворов получил в награду за успешно проведенную военную кампанию золотую табакерку, осыпанную бриллиантами.

Подали состав. Вместе с лейтенантом Измайлов поднялся со скамьи и вошел в вагон.

Поезд быстро пошел. В открытые окна врывался свежий ветер, напоенный лесными ароматами.

- Вы обещали рассказать о необычайных наградах за военные подвиги, напомнил лейтенант.

До станции, куда они оба направлялись, было еще далеко. Чтобы скоротать путь, Измайлов продолжил свой рассказ.

"В тысяча семьсот пятьдесят седьмом году, когда шла война с прусским королем Фридрихом, Суворов прибыл к русской армии.

В августе тысяча семьсот пятьдесят девятого года он впервые присутствовал при сражении. Перед ним разворачивалась известная в истории битва под Кунерсдорфом.

Русские разбили Фридриха. Его войска в беспорядке бежали. Судьба Пруссии находилась в руках командующего русской армией Салтыкова.

В этой битве Суворов еще не командовал частью. Он находился при штабе, а потому имел возможность воспринимать происходящее критически.

Когда после кунерсдорфской победы Салтыков остался стоять на месте и даже не послал казаков для преследования бегущего неприятеля, Суворов сказал корпусному генералу Фермору: "На месте главнокомандующего я бы сейчас пошел на Берлин!"

Этого как раз и боялся Фридрих!

После разных передвижений большая часть русских войск ушла на зимние квартиры.

А на Берлин был предпринят смелый поход.

Перед корпусом, которым командовал генерал Чернышев, стояла задача захватить столицу прусского короля, уничтожить в ней арсенал, пороховые мельницы, запасы оружия, амуниции и продовольствия.

В передовом отряде в четыре тысячи человек на Берлин шел и молодой Суворов.

В начале сентября тысяча семьсот шестидесятого года отряд подошел к Берлину. Начался артиллерийский обстрел.

Командир отряда, тайный сторонник прусского короля, Тотлебен не спешил. Он всячески затягивал приказ о штурме и повел нескончаемые переговоры с комендантом Берлина об условиях сдачи крепости. Солдаты роптали: "Двести верст отмахали без отдыха, а теперь - вас ист дас, кислый квас - стоим на месте!" Офицеры тоже возмущались.

Наконец, под сильным нажимом офицеров, Тотлебен выделил по триста гренадеров на штурм двух ворот крепости.