Шпаргалка. Рассказы, которые помогут решить жизненные задачки

Таня – вроде знакомая, но ближе к подруге. Мне всегда хочется быть для таких людей подешевле. Потому что свои. Но мои «свои» наотрез отказываются пользоваться моей щедростью.

Я назвала сумму. А Таня взяла и заплатила в пять раз больше моей ставки.

Я думала, она ошиблась и случайно перевела так много, и пишу ей:

– Куда столько, сейчас сдачу верну.

А она:

– Я не ошиблась. Ты однозначно стоишь дороже. Зачем ты так себя не ценишь?

– Таня, мой текст стоит дешевле.

– Дело не только в тексте. Я плачу не столько за него, сколько за твою энергию.

Мне сложно в этом месте. Я себя ценю. Но ценю ровно на ту сумму, которую назвала. Пока, во всяком случае. Я не верю, что я могу быть такой дорогой, как говорит Таня. В пять раз дороже, чем сейчас! Ох.

«Просто друзья – это друзья, и они не объективны», – говорит синдром самозванца.

Внутри – сопротивление.

Так много стоят звёзды, а не я.

Рефлексия, метания, не могу себе разрешить.

– Нет, Тань, я верну.

Таня закатывает глаза.

Она с трудом выносит эти мои выкрутасы, считает их «тараканами».

– Оля, позволь мне заплатить столько, сколько, мне кажется, стоит твой труд. Мне жаль, конечно, что мы не совпадаем в его оценке… Позволь мне тебя усилить.

Ох, Таня. У меня все подруги такие. Если они просят меня об услуге, вечно не берут скидку, а, наоборот, платят двойную цену. Это называется у нас в тусовке «усиливать». Так приятно усиливать друга…

Я говорю Тане спасибо. Искренне.

Но сердце колотится.

Ох, как же сложно быть дорогой женщиной… Ох, как сложно принимать, впитывать и допускать мысль: я этого достойна.

Я думаю об энергии. О том, что она есть в каждом человеке и каждый человек – это маленький космос. И, создавая свою вселенную, мы хотим заполнить её космосами приятных нам людей. А они иногда так далеки, и хочется сделать их ближе…

Сейчас популярность набирает формат клубов по подписке. Это когда люди ежемесячно платят какую-то сумму за возможность иметь личный контакт со своим лидером мнений.

Например, вы классный специалист. В любой сфере. И вы создаёте клуб имени себя и там выкладываете уникальный контент – делитесь своими секретами, рассказываете что-то личное, а своих членов клуба знаете по именам, и им приятно быть замеченными…

Меня звали создать такой клуб, и я честно думала над идеей своего уютного купе, где будут подписчики, которым я интересна. И мы бы там общались и даже дружили, и я бы писала туда уникальный контент, и, главное, – это была бы абсолютная территория поддержки.

Что меня смутило?

Да то же, что и всегда, – деньги.

Когда мне презентовали идею этого проекта, то начали с фразы: «Оля, как вы монетизируете читательский интерес?» – и я сразу закрылась. На все пуговки застегнулась мысленно и на все щеколдочки.

Как? Никак. Я не вижу и не хочу видеть в аудитории кошельки. Я вижу людей. Хороших и разных.

И там, где деньги, мне всегда сложно. Хотя деньги – это тоже энергия и язык коммуникации. На нём одинаково доходчиво можно сказать: «Я тебя люблю», «Мне на тебя плевать» и «Ты для меня очень ценная».

Тем же вечером, глядя в зеркало, я обнаружила, что корни моих волос уже сильно отросли, но времени на салон нет абсолютно: два ближайших дня расписаны так плотно, что ни часочка свободного, а потом я улетаю.

Я пишу моей фее по волосам Карине:

– Дорогая, я опять как снег на голову. Мне надо покраситься. Поздно вечером, ночью или рано утром. Как всегда, во внеурочное… Но по-другому никак.

– Завтра в шесть утра? – предлагает Карина.

Говорю же: фея.

Обожаю её.

Всегда примет меня в самое нестандартное время, когда надо мне.

Ценой своего сна.

На следующее утро в 6:30 я сижу в салоне, на голове у меня краска, а мы с Кариной пьём кофе и хохочем над какой-то её историей. И я так рада, что опять раздвинула границы дня и всё успела. И так здорово, что у меня есть Карина, которая всё понимает.

В 8 утра я уже выхожу из её салона с укладкой. Прямо хоть на подиум!

И тут Карина говорит:

– Ты зачем мне всегда платишь шесть тысяч? Если моя ставка – пять. Ты близкий мне человек, я с тебя готова три брать, даже меньше, только за краску. Мне неловко очень, когда ты больше платишь. Не переплачивай…

А я в этот момент уже держала в руках пятитысячную купюру. И я отдала её растерянно, обняла Карину и побежала в такси.

И чувствую: некомфортно мне. Зудит в душе.

Что-то не так пошло – я своей интуиции доверяю, – надо понять, что именно. Вроде человек назвал мне цену, и я её заплатила, так почему нет внутри привычной радости, тем более что я заплатила даже меньше, чем рассчитывала?

И вдруг я поняла. В этом и проблема! Что я заплатила меньше, а хотела больше.

И я звоню Карине и практически наезжаю на неё: