Шпионаж и политика

Решение пришлось принимать немедленно, без согласования с Москвой. Быстрой связи с Центром тогда у лондонской резидентуры НКВД не было. Радист был, что называется, еще в пути. Связь осуществлялась через Копенгаген. Эдит взяла организацию вербовочной встречи в свои руки.

Тем временем Ким взялся за поиск подходящей работы. Ведь революционные дела не могли обеспечить его и супругу никаким доходом. Филби решил воспользоваться своим кембриджским дипломом и связями в альма-матер — Тринити-колледже, чтобы пробиться в ряды правительственных чиновников. Стал готовиться к сдаче экзаменов для поступления на госслужбу.

«Сынок» для вербовки отца

Выходит, что «бабушка» Эдит сама приняла решение о вербовке Филби? И да и нет. Здесь вообще довольно запутанная история. Центр и без того планировал подходы к Филби. Но целью был не Ким, а… его отец. И это уж совсем как в шпионском романе!

В НКВД ошибочно полагали, что отец революционера Кима, Гарольд Сейнт Джон Бриджер Филби, влиятельный арабист, принявший мусульманство, советник самого короля Саудовской Аравии Ибн-Сауда, работал на британскую разведку МИ-6. Хотя открыто выражал свое несогласие с правительственным курсом Лондона. Руководству Лубянки этот факт позволял рассчитывать на потенциальную возможность перевербовки Филби-старшего. А кто бы мог лучше следить за ним и помочь Москве перевербовать, как не родной сын-коммунист? План операции уже был сверстан, когда наша «бабушка» самостоятельно взялась за организацию встречи Филби-младшего с резидентом НКВД в Лондоне.

Отец Кима Филби — Гарольд Сейнт Джон Бриджер Филби (1885–1960)

И как же прошла эта интригующая встреча? «Бабушка» всё организовала четко, строго следуя законам конспирации. Встреча произошла в лондонском Риджентс-парке в июне 1934 года. В архиве КГБ сохранились воспоминания самого Филби о той встрече. Приведу небольшой отрывок.

«Однажды Эдит сказала мне, что если я действительно интересуюсь коммунистическим движением, то она готова познакомить меня с одним очень важным человеком. Я нашел, что это что-то серьезное, тем более что на встречу мы поехали сложным путем, меняя транспорт и проверяясь. Наконец, приехали в Риджентс-парк, где я увидел этого человека. Им оказался Арнольд Дейч (о чем я узнал, уже работая в МИ-6). Во время всего разговора Дейч был очень конспиративен. Сразу же после приветствия попросил меня лечь на траву — сам он сидел на скамейке — и смотреть в противоположную сторону, как будто мы не знакомы. Он прекрасно знал все обо мне и моей деятельности в Австрии. Дейч сказал, что если я открыто вступлю в компартию, то вряд ли смогу принести большую пользу — скорее всего, буду продавать „Дейли уоркер“ (газета компартии — Ред.) на улицах, как и многие другие коммунисты. Тогда как с моим происхождением и образованием я могу с большей пользой применять свои силы».

Арнольд Дейч, помощник лондонского резидента НКВД (на тот момент — Игнатия Рейфа), объяснил Киму, что в случае согласия на сотрудничество его ждет интересная и серьезная работа: добывание секретной информации и передача ее тайной антифашистской организации.

«Через полчаса я сказал: „Окей, я согласен. Тогда я еще не знал, что работаю на Советский Союз, да это ничего и не изменило бы“».

Только после того, как Арнольд Дейч доложил о результатах встречи с Филби, Игнатий Рейф рекомендовал Центру нового потенциального кандидата в агенты. Эту информацию он направил в Москву в своем ежемесячном отчете: «Филби впредь будем называть „Сынок“.

Материал из рассекреченного досье МИ-5 на Эдит Тюдор-Харт

Через известную вам Эдит, работавшую в свое время у „Зигмунда“ в Вене, мы установили, что из Вены приехала на „Остров“ вместе с мужем-англичанином бывшая австрийская партийка с рекомендациями от венских товарищей. Она также известна Арнольду. Эдит рекомендации эти проверила и получила подтверждение от своих венских друзей. Я решил, не откладывая, парня завербовать (конечно, не для органов, это пока еще рано) для антифашистской работы.

Совместно с Арнольдом и Эдит я выработал план встречи Арнольда с „Сынком“ до переезда „Сынка“ и жены на квартиру отца. Встреча Арнольда с „Сынком“ произошла со всеми предосторожностями. В результате — полная готовность работать».

Так 80 лет назад завершилась вербовка легендарного Филби. И «бабушка», как видите, сыграла в ней не последнюю роль.

Из приведенного отчета лондонского резидента НКВД следует, однако, что он оставил на усмотрение Центра вопрос о том, переходить или нет к вербовке Филби «для органов». Значит, можно предположить, что были сомнения на этот счет?

Уверен, сомнений никаких не было. Просто встреча, организованная Эдит в Риджентс-парке, оказалась никак не согласованной с Центром. Проведенная де-факто вербовка Филби без одобрения Москвы могла быть расценена как грубое нарушение действующей процедуры. Резидент понимал это, поэтому и говорил лишь о пригодности «Сынка» для «антифашистской деятельности».