Сторонники «конструктивного вовлечения» Китая преобладали в американской политологии и политике почти 40 лет, пока продолжался «брак по расчету», заключенный в 1979 году еще Дэн Сяопином и Джимми Картером. Он начинался с предложения китайского лидера создать «всемирный антигегемонистский фронт» против Советского Союза. Помимо принуждения СССР готовится к войне на два фронта, американцы собирались ослабить социалистические устремления китайских коммунистов, изменить цвет их красного флага. Существовала и иная «школа мысли». Ее сторонники предупреждали, что КПК не откажется от давшего ей власть социалистического фундамента, а только построит на нем с помощью Запада современное здание. Их предупреждения были услышаны только после XIX съезда. Тогда хозяином Белого дома был Дональд Трамп.
Считается, что самое сильное влияние на формирование взглядов президента Д. Трампа на Китай оказала изданная в 2015 году книга Майкла Пиллсбери «Столетний марафон. Секретная стратегия Китая по замене Америки в качестве глобальной супердержавы». Директор Центра китайских стратегических исследований Гудзоновского института, ветеран американского китаеведения с 40-летним стажем объясняет выдвижение Си Цзиньпином «Китайской мечты» намерением встретить в 2049 году 100-летнюю годовщину КНР вытеснением США с позиции глобального лидера.
Пиллсбери подверг критике политику предыдущих администраций, позволившую Пекину ускорить свое превращение в опасного конкурента Америки. Действительно, с самого начала «открытия Китая» в 1972 году президентом Ричардом Никсоном в Белом Доме надеялись за счет политики «конструктивного вовлечения» помочь экономическому росту и политической трансформации КНР, подтолкнуть к превращению в «демократическую и мирную державу». Китай обозначался как «стратегический партнер» в речах президентов Буша, Клинтона и Обамы. Китайские руководители, по мнению Пиллсбери, использовали предоставленный Пекину режим наибольшего благоприятствования для наращивания экономической и военной мощи, которая позволила в конечном итоге бросить вызов благодетелям. Этот вызов не сводится только к экономическому противостоянию, но подразумевает даже военное столкновение в обозримой перспективе.
Автор ставшей бестселлером книги поместил в ней 12 советов американским властям. Среди них выделяются рекомендации немедленно перейти к жестким действиям в двусторонних экономических отношениях: сворачивать программы сотрудничества в науке, технологиях и образовании; перестать передавать интеллектуальную собственность как по государственной линии, так и через частные совместные производства; ужесточить контроль над финансовыми операциями Пекина; не допускать манипулирования курсом юаня в сделках с банками и предприятиями США.
Вторая группа советов касается выстраивания всеобъемлющей системы научно-технического прогресса в самих США, которая сконцентрирует ресурсы на ключевых направлениях, обеспечит их финансами, станет отслеживать аналогичные направления в КНР, противодействовать их успеху.
Еще один блок рекомендаций касался воздействия на политическую жизнь Китая. Необходимо поддерживать находящиеся в меньшинстве, но все еще влиятельные проамериканские, прозападные силы в научных и правящих элитах, в СМИ. Надо воздействовать на неспокойные национальные районы типа Синьцзяна и Тибета, использовать рост популярности христианства среди молодежи, вести информационную войну.
Наконец, утверждал Пиллсбери, необходимо активизировать создание антикитайской «вертикальной коалиции» из соседних стран Азии, имеющих исторические обиды на Поднебесную или современные конфликтные ситуации.
Труды Пиллсбери и других апологетов «сдерживания» Китая усилили глубинные настроения синофобии – отторжения всего китайского, – присущие не только простонародью, но и политическому классу Америки. Уже в ходе предвыборной кампании 2016 года не только кандидат от республиканцев Дональд Трамп, но и его соперница от демократов Хиллари Клинтон соревновались в жесткости антикитайской риторики. Они в унисон обещали перейти от слов к делу сразу после заселения в Белый дом.