Сияние славы самурайского сословия

В сражении при Сэкигахаре – одном из самых грандиозных за всю историю «самурайской» Японии – обе стороны имели в своем составе конницу и пехоту, в том числе акебузиров, копьеносцев и лучников. С точки зрения тактики битвы описываемого периода распадались на ряд столкновений конных и пеших отрядов, возглавляемых различными «даймё» или «тайсё». Что касается пеших подразделений тогдашних самурайских армий, то они строились таким образом, чтобы стрелки из аркебуз (или луков) и копейщики (или, точнее говоря, пикинеры), вооруженные длинными пиками «наго-яри» (в которые к описываемому времени постепенно превратились постоянно удлинявшиеся копья-«яри»), могли в бою прикрывать друг друга. К описываемому времени лук, в качестве оружия дальнего действия, уже однозначно уступил первенство аркебузе. Луки использовались чаще в качестве снайперского оружия, если требовалось «снять» часового или точным попаданием вывести из строя конкретную «цель». Воины самурайского клана Симадзу из провинции Сацума, активно использовавшие в сражении луки и стрелы, казались уже «старомодными», как и их предводитель Тоёхиса Симадзу, вступивший в бой с этим «архаичным» (хотя и «исконно самурайским») метательным оружием (считавшимся, согласно представлениям «боевых холопов» Страны Восходящего Солнца, символом единства силы и хладнокровия, а также духовной дисциплинированности). Что же касается меча, то большинство конных и пеших «буси», сошедшихся в битве при Сэкигахаре, имели на вооружении один длинный меч или же два (длинный и короткий) меча, впридачу к основному оружию – аркебузе, луку, пике или «нагинате».

Следует заметить, что еще в середине ХVI века в производстве самурайских доспехов произошли некоторые изменения. Эпоха «сэнгоку дзидай» с ее безостановочными феодальными войнами породила усовершенствованный и прочный вид боевых доспехов, получивший название «гусоку» (буквально: «испытанные пулей»; после изготовления их испытывали на прочность с помощью выстрела из «тэппо» и, если доспехи выдерживали удар аркебузной пули, вмятину специально оставляли в знак подтверждения прочности доспехов). Доспехи «гусоку» не очень сильно отличались от прежних доспехов типа «ёрои», но были несколько легче и подвижнее за счет усовершенствования техники изготовления защитных пластин (или чешуй). Появились специальные пластины на груди с изображением гербов-«мон» и большие прямоугольные наплечники на обоих плечах «буси», скрепленные из продольных пластин. Предплечья «боевого холопа» были прикрыты кожаными или металлическими нарукавниками.

Нижнюю часть корпуса «буси» описываемого времени прикрывал раздвоенный передник, который был короче прежней металлической защитной юбки, являвшейся неотъемлемым элементом доспехов типа «ёрои». Функция защиты ног «боевого холопа», ставших из-за этого более уязвимыми, была частично перенесена на наголенники-«сунэатэ».

Характерной особенностью самурайских доспехов типа «гусоку» было обилие бронзовых накладок и заклепок, а замша, которой обтягивались латы, чтобы уберечь их от сырости, покрывалась геометрическими рисунками и стилизованными изображениями растений. Наиболее состоятельные «боевые холопы» надевали к тому же поверх доспехов дорогие шелковые боевые кимоно и прикрывались в походных условиях специальной накидкой-«дзинбаори», расшитой золотыми драконами и т.д.

Нашлемные украшения-«маэдате» описываемой эпохи имели самые разнообразные вид, цвет и форму.

На поле битвы под Сэкигахарой сошлись – с обеих сторон – самые опытные лучшие представители и самые опытные военачальники японских самураев (кроме, разве что, Главнокомандующего «Западной Армией» Кацусигэ Исиды). Вот-вот должно было начаться, пожалуй, важнейшее сражение в японской истории. Утром 21 октября Иэясу Токугава, позавтракав, как самый простой из воинов его армии, вареными рисовыми колобками-«дзито», в полном вооружении (за исключением шлема, который он на этот раз заменил шелковой шапочкой-«эбоси»), вышел из шатра к своей пышно разряженной свите. В тот день на нем были кованые западноевропейские доспехи. Токугава обратился к свите со следующей речью, столь же краткой, сколь и выразительной:

«У нас есть только два пути: либо вернуться домой с головой врага (опять отрубленная вражья голова, желанный трофей всякого истинного «буси»! – В.А.) в руках, либо быть принесенным, но без собственной головы» (в-общем, «со щитом или на щите»… – В.А.).

Главные силы «Восточной Армии» Токугавы занимали пространство между Накасэндо и горой Ибуки. Правым крылом командовал Нагамаса Курода. Рядом с Куродой стоял «бусидан» Тадаоки Хосакавы, далее – воинские контингенты Ёсиаки Като и Ёсимасы Танаки, на левом фланге у дороги – отряд Наомасы Ии. Через дорогу встал Масанори Фукусима, отделенный рекой Фудзи от противостоявшего ему «бусидана» Вакидзаки Ёсицугу (из состава армии «тодзама»). Позади него выстроились «буси» Токатомо Кёгоку и Такаторы Тодо, за которыми по южной дороге, примыкавшей к Накасэндо стоял «бусидан» Тадакацу Хонды.