Сильнее. Сорок дней металла и духовности

Это «особенно ценно» для моей цели быть хорошим отцом. Я чувствовал себя жестоким отцом, особенно, когда женщина посмотрела на меня своим взглядом. Я решил немного проконтролировать ситуацию. «Все хорошо» — сказал я женщине. Затем я поблагодарил ее за то, что она является сознательным гражданином и отправил ее. Но все равно, моя дорогая дочь была травмирована мной — своим собственным отцом.

Я рад сообщить, что теперь обстоятельства не такие драматичные, но я все еще делаю то, от чего я хотел бы отказаться. Как говорится «Ты всегда приносишь боль тому, кого больше всего любишь». Сегодня Дженея иногда раздражает меня, потому что ведет себя как отвратительный подросток, поэтому я (из-за того, что и сам, как подросток), принимаю это близко к сердцу с раздражением и делаю вещи, за которые потом себя ненавижу. Например, дать ей щелбан щелбан или дергать ее за волосы из-за того, что она обманула меня — это точно не лучшие родительские навыки. Но больше это не происходит, так что я медленно и уверенно исправляюсь. Я должен сказать, что самое возмутительное, что я делаю — это веду себя по отношению к ней больше как раздражительный старший брат, чем как отец — постоянно дразню и шучу с ней. Я не могу изменить мою искаженную личность раздражительного старшего брата. Это не то, кем я хочу быть для моей дочери, но моя личность формировалась годами и старые привычки, к сожалению, остаются.

Однажды я встретил женщину, которая высказала мнение, что Дженея и я как будто бы росли вместе. Это зацепило меня, потому что я знаю, что это правда: я сдерживал свои эмоции, напиваясь и находясь в кайфе так много лет, что я не стал зрелым, как это обычно происходит с людьми. Я живу в этой реальности. Мой самый большой страх — это мысль о том, что я в итоге достигну зрелости, которой достойна Дженея, когда будет уже слишком поздно и она станет взрослой. Но я не могу терять надежду, я не собираюсь сдаваться, в моих попытках измениться. Я буду продолжать стараться, и молится, как сумасшедший. Я взял за правило молиться с Дженеей и просить ее и Бога простить меня каждый раз, когда я терплю неудачу в этом (что происходит часто), и я пытаюсь приблизиться к Божьему совершенству чтобы компенсировать серьезную нехватку в этом. Я люблю Дженею всем своим сердцем, и я очень горжусь ей. Она прекрасный ребенок. Пока я пишу это признание, я чувствую себя достаточно эмоциональным, так что я хотел бы написать персонально для Дженеи:

«Я не мог бы быть более благословлен, такой изумительной дочерью, как ты, Дженея. Я знаю, что не показываю это все время, но я люблю тебя больше, чем слова могут выразить и я не мог бы больше гордиться за тебя. Ты превращаешься в красивую юную леди, милую и с добрым сердцем. Даже когда появляются твои подростковое темы, с тобой просто иметь дело. Нея, пожалуйста прости всю боль, которую я причинил тебе. Я искренне сожалею обо всех моих гневных проявлениях. Одна из моих самых больших молитв за тебя, чтобы Бог дал тебе гораздо лучшего мужчину, когда ты вырастешь, чем твой отец. Я не обращаюсь с тобой так, как ты заслуживаешь. С тобой должны обращаться как с принцессой, как Иисус обращается со Своей невестой, церковью.

Спасибо тебе, за то, что ты такая хорошая дочь.

Люблю, Папа.

Некоторые люди говорят, что я слишком строг к себе, но я думаю, делать все, что я могу, чтобы бы хорошим отцом — это хорошо. Хорошо чувствовать сожаление за ошибки, которые я сделал в жизни. Хорошо тянуться к Богу во всем. Ко мне полностью относится то, о чем Павел говорит в нашем сегодняшнем стихе из послания к Римлянам 7 главы. Также как и Павел, я на самом деле не понимаю себя, я хочу быть хорошим отцом для Дженеи, но иногда у меня просто не получается. Вместо этого я часто делаю то, что я ненавижу и я слишком остро и гневно реагирую.